ВЫСТАВКА «ИНТЕГРАЦИЯ 19»: У СТЕНДОВ И В КУЛУАРАХ Текстовая версия программы «Тифлострим», выпуск 24

Олег ШЕВКУН: Всем привет! «Тифлострим» на своем месте. Полина Иванкевич…
Полина ИВАНКЕВИЧ: И Олег Шевкун. Все как всегда на «Тифлостриме».
О. ШЕВКУН: Сегодня мы с вами попадем на выставку «Интеграция-19», на которой мы были вместе с Полиной на прошлой неделе. Мы посмотрим несколько видео с этой выставки, и я думаю, что вам будет, что сказать. Поэтому пишите, пожалуйста, и про видео тоже. И сегодня мы также услышим наших экспертов. И нам будет, что сказать.
Но давайте, чтобы это уже не откладывать в долгий ящик, посмотрим первое видео. Мы с Полиной приходим на выставку «Интеграция-19».

(Видеосюжет 1).
О. ШЕВКУН: Встали мы тут пораньше, чтобы прийти на выставку «Интеграция-19». Это выставка оборудования для разных групп инвалидов, в том числе и для незрячих. Где мы находимся? Это у нас выставочный центр на Красной Пресне. Это павильон-форум. Вышли мы с Полиной из ФМО. Полина, ты ведь делала наш обзор по выставке в Германии.
П. ИВАНКЕВИЧ: Делала, да.
О. ШЕВКУН: Видишь какие-нибудь отличия?
П. ИВАНКЕВИЧ: Вижу определенно, потому что на самом деле даже я здесь запуталась. Указателей почти нет, а если и есть, то они очень маленькие и незаметные. Учитывая, как все это было в Германии, где все было огромными буквами, еще и сопровождающие там были, здесь, конечно, разительные отличия.
О. ШЕВКУН: На самом деле здесь, конечно, не только для незрячих выставка. Но мы еще увидим, что в зале, что внутри. По прошлым выставкам, а они проходят сейчас раз в два года, могу сказать, что незрячему человеку найтись здесь бывает достаточно тяжело. Да и нас касаются, наверное, 4-5, максимум шесть стендов из этой огромной выставки. Именно эти стенды мы, собственно, и будем смотреть. Мы сейчас войдем иперед входом выключим камеру и встретимся уже в зале несколько позже.
Мы на выставке «Интеграция-19». От входа мы идем в выставочный зал. Я сразу сравниваю с Германией, потому что вот недавно был на выставке там, и ты делала, Полина, этот материал. В Германии было народа побольше, хотя и места поменьше. Согласишься? Поспоришь?
П. ИВАНКЕВИЧ: Соглашусь. На самом деле, тут не сказать, что и сам павильон огромный. Но народа, действительно, не хватает для такого живого впечатления от мероприятия.
О. ШЕВКУН: Кстати, в Германии была еще одна “фишечка”. Там стояли столики. На этих столиках стояли всякие технические средства. Можно было подойти, можно было потрогать, можно было пощупать. Здесь – ничего подобного.
П. ИВАНКЕВИЧ: Здесь, конечно, есть, что пощупать, но, во-первых, мало. И сами стенды тоже так это не предоставляют. Кстати, вот то, что предоставляют, мы нашли. Тифлоцентра «Вертикаль» стенд. Вот они как раз. Здесь можно пощупать-потрогать то, что они предоставляют. Здесь довольно много интересного, и мы вроде как даже подойдем потом к ним.
О. ШЕВКУН: Должны подойти. Но народа нет. То есть толпы, которая трогала бы, смотрела бы. Этой толпы здесь как-то вот не видно.
П. ИВАНКЕВИЧ: Хотя на самом деле интересно. Я подойду, по крайней мере.
О. ШЕВКУН: Ну, подойдем, посмотрим. Опять-таки, насколько я помню, «Вертикаль» продает не конкретным людям, она продает государственным структурам и частным компаниям. Но об этом мы узнаем. И в принципе, по незрячим здесь не так много. Вот «Вертикаль». Что еще мы можем посмотреть? Давай мы просто определимся!
П. ИВАНКЕВИЧ: есть стенд от ВОС и есть еще стенд «Исток-Аудио».
О. ШЕВКУН: Давай ВОСовский стенд посмотрим, потому что он даже меньше, чем у них был обычно. В былые годы здесь было больше стендов. Но они, очевидно, поняли, что зачем им это. А действительно, раз нет людей…
П. ИВАНКЕВИЧ: Спроса нет.
О. ШЕВКУН: Спрос-то есть. Понимаешь, если в Европе, допустим, человек сам может решить, что ему надо, что не надо, здесь решает не он. Здесь решает государство. Поэтому тут и история немножко другая. И как-то очень одиноко на выставке. Тут есть, естественно, и кресла-коляски, тут есть много всего. И здесь, начиная с КСРК, музей ВОС, игры. Я думаю, с Верой Вебер мы обязательно еще поговорим. Это центр реабилитации слепых с его филиалами: Железногорск, Бийск. Кстати, в Железногорском филиале нас постоянно смотрят, насколько я знаю. Привет этому филиалу! Дальше у нас школа собак-проводников, Купавна.
П. ИВАНКЕВИЧ: А чуть дальше как раз есть «Исток-Аудио». Он довольно близко к стенду Всероссийского общества слепых.
О. ШЕВКУН: «Исток-Аудио» – это увеличители, эта всякая мелочь, которую они здесь не представили. Это плеер «Smart Bee». У них тоже есть небольшой стенд.
П. ИВАНКЕВИЧ: Вот как раз мы подошли. Здесь у них несколько дисплеев. Я так полагаю, они представляют свою продукцию, но я не совсем понимаю, что это.
О. ШЕВКУН: Тут увеличители, кстати, стоят большие. Кладешь книжку сюда или текст какой-нибудь. Тут уже даже что-то лежит. И смотришь, увеличиваешь. Вот, пожалуйста! Не их продукция, а то, что они ввозят. Импортеры. У них есть своя продукция тоже. Так и все, Полина, да, по незрячим-то?
П. ИВАНКЕВИЧ: Да. Очень быстро прошли как-то. Учитывая, сколько мы «Сайт-сити» монтировали и тут всего-то пару минут.
О. ШЕВКУН: Да, «Сайт-сити» я работал один без тебя. Конечно, без тебя было грустно там работать. Но это было три дня. А здесь… Потом мы подойдем к различным участникам. Еще здесь проходит Форум по доступной среде, и мы поговорим обязательно с участниками этого форума. Тем более, я знаю, что некоторые из них – наши подписчики, некоторые из них хотели с нами побеседовать. Ну, вот такой краткий обзор выставки «Интеграция-19» с точки зрения «Тифлострима». (Окончание видеосюжета).

П. ИВАНКЕВИЧ: Тем временем, Александр нас поприветствовал. Здравствуйте, Александр! Он также, кстати, еще и дополнил: «Я был на выставке во вторник и четверг, а вы были в среду».
О. ШЕВКУН: Мы были на выставке «Интеграция-19» в среду, и я еще был в четверг. Мне нужно было дописать пару моментов. Так что в четверг мы тоже записывали. Жаль, что мы с вами не встретились. Кстати, Александр, у вас тоже было ощущение, что как-то там пустовато? Да или нет? Напишите, пожалуйста. И также другие люди, которые были на этой выставке, расскажите о ваших впечатлениях. Потому что меня это впечатление пустоватости не оставляет. Мы потом еще поговорим о том, почему это сделано, почему это произошло там.
А сейчас давайте посмотрим поближе на некоторые компании, которые были на выставке. Это компания «Вертикаль», которая находится в городе Торжок. Достаточно известная фирма. Но обратите, пожалуйста, внимание, кто их основные заказчики, кто их основные покупатели. Понятно, что пользователи – незрячие и слабовидящие люди. А вот кто покупатели? Эта история будет важна для понимания того, что в принципе происходит и на этой выставке, и на тифлорынке в целом.

(Видеосюжет 2).
О. ШЕВКУН: Мы у стенда компании «Вертикаль». Известная компания, неоднократно с ними уже общались. Но с человеком, которого мы встретили здесь, мы ещё не разговаривали. Мы ожидали увидеть Алексея, Алексея нет. Здесь сотрудник компании, представьтесь, пожалуйста.
– Парфёнов Сергей, руководитель отдела продаж.
О. ШЕВКУН: Компания «Вертикаль», кто главные ваши клиенты на сегодня? Не пользователи, а именно клиенты. Кто деньги платит?
С. ПАРФЁНОВ: Деньги платит, разумеется, государство. Основной потребитель – это государственные учреждения, бюджетники. Но также и коммерческий сектор сейчас активно подключается к этой программе, к реализации, к обеспечению доступности, в том числе и в частных учреждениях, в частных магазинах. В торгующих организациях, а также в спортивных организациях, существует дилерская сеть, которая охватывает практически все регионы России. И на местах уже наши партнёры реализуют эту программу через своих специалистов: выезжая на объекты, проводя замеры, готовя проекты, и уже реализуя на местах конечный продукт.
О. ШЕВКУН: То есть, общий сценарий какой? К вам обращаются из регионов и говорят о том, что «мы должны по таким-то причинам обеспечить доступность. Помогите нам в этом. Есть такая-то задача. Есть столько-то денег…». Это так или не совсем так?
С. ПАРФЁНОВ: Практически так, да, так и происходит.
О. ШЕВКУН: А тендеры какие-то проводятся по этой сфере? То есть, у вас бывает ситуация, когда вам нужно работать с тендерами на обеспечение доступности объекта и вы должны конкурировать? Есть ли с кем конкурировать?
С. ПАРФЁНОВ: Мы обладаем достаточно широким спектром продукции, который позволяет конкурировать с высокой долей эффективности. Единицы наших конкурентов способны предложить хотя бы что-то аналогичное.
О. ШЕВКУН: И расскажите, возможно, коротко или как получится, что здесь на стенде представлено? Много чего представлено. Мы быстро пробежимся.
С. ПАРФЁНОВ: Да, представлено много, но далеко не всё из того, что есть. Представлены основные группы. Это тактильные покрытия – то, что сейчас активно реализуется по стране. Всевозможные виды, начиная от тактильной плитки разных видов: полиуретановые, ПВХ, стальные, керамика, индивидуальные разработки компании, такие как тифлопол, которые сочетаются с грязезащитными покрытиями, с противоскользящими покрытиями.
О. ШЕВКУН: Этот тифлопол где-то есть в реальности?
С. ПАРФЁНОВ: Да, на текущий момент более ста учреждений уже воспользовались данным предложением и реализовали у себя этот момент. Это изделие очень удобно в использовании в тех местах, где невозможно осуществить физический монтаж или демонтаж в связи с трудностями текущего покрытия. Поэтому используется изделие тифлопол на основе противоскользящих ковровых покрытий.
О. ШЕВКУН: У вас долгое время были замечательные «фишки»: схемы, картинки, рисунки. Что сейчас в этом направлении происходит?
С. ПАРФЁНОВ: Сейчас это направление уже усовершенствовалось до формата, когда мнемосхемы и те же тактильные пиктограммы и таблички дооборудуются и звуковыми носителями и позволяют давать информацию ещё и аудио, помимо тактильной. И они имеют также в комплексе кнопки вызова и при необходимости могут быть оборудованы ещё и индукционными системами для слабослышащих.
О. ШЕВКУН: Я бы хотел всё-таки посмотреть некоторые тактильные вещи. Что есть на стенде, покажите, пожалуйста.
С. ПАРФЁНОВ: Здесь перед нами тактильные покрытия (плитка). Далее – говорящие тактильно-звуковые таблички.
О. ШЕВКУН: Это что?
С. ПАРФЁНОВ: Они позволяют записать любое аудиосообщение, которое необходимо.
О. ШЕВКУН: А вот это ниже, дисплей какой-то?
С. ПАРФЁНОВ: Это тоже тактильно-звуковая табличка.
О. ШЕВКУН: Это появляется реально в учреждениях?
С. ПАРФЁНОВ: Да, это реально. Здесь просто возникает вопрос использования бюджетов правильно и востребованности непосредственно в учреждениях, где это стоит. Также вот развивающие форматы тактильных изделий, которые сопровождаются также звуковыми подсказками.
О. ШЕВКУН: Это, насколько я понимаю, скелет человека, да?
С. ПАРФЁНОВ: Да.
О. ШЕВКУН: Он сделан в рельефе.
С. ПАРФЁНОВ: Он сделан в рельефе, и имеет ещё информацию по содержанию непосредственно стенда.
О. ШЕВКУН: Вот такие кнопочки. Вы можете нажать на эти кнопочки.
С. ПАРФЁНОВ: На текущий момент есть большой перечень стендов: это музыкальные инструменты, животные, подводный мир, птицы, алфавит, транспорт.
О. ШЕВКУН: А заткнуть это можно сейчас или она договорить должна?
С. ПАРФЁНОВ: Она договаривает до конца.
О. ШЕВКУН: А школы этим пользуются?
С. ПАРФЁНОВ: Да, сейчас активно начинают. Подмосковные школы уже приезжают, заказывают по итогам выставок.
О. ШЕВКУН: У вас была замечательная мнемосхема московского метро. Но метро с тех времён изменилось. Вы как-то доделываете этот проект?
С. ПАРФЁНОВ: При обращении заказчика – да. Разрабатывается новая схема, вносится новая информация. Здесь уже всё основано на воле заказчика.
О. ШЕВКУН: Задам вам очень мерзкий вопрос, но я не могу его не задать. Я сейчас смотрю здесь, и мне нравится. Я вижу эти схемы, я вижу таблички и т.д. Я поеду отсюда на МЦК домой. И вот элементарные проблемы: а где здесь выход в метро? А как здесь попасть на станцию? А какое здесь направление? И там нет ничего. Что должно произойти, чтобы доступность, которая видна на выставке, приходила в те места, где она необходима, но её не хватает?
С. ПАРФЁНОВ: Здесь, в первую очередь, должны быть воля и решение со стороны власти. Как правило, это достигается также деятельностью некоммерческих организаций, которые пишут, которые создают какие-то мероприятия, направленные на то, чтобы обратить внимание власти на эти проблемы. И далее уже власть реагирует, даёт какие-то распоряжения, указания, и возникает действие.
О. ШЕВКУН: И вы уже исполнитель. Вы один из исполнителей.
С. ПАРФЁНОВ: Мы – конечный исполнитель, да.
О. ШЕВКУН: Что по тифлографике? Картины, рисунки?… Во-первых, как это делается чисто технически?
С. ПАРФЁНОВ: Технологически я не буду вам описывать этот процесс. Здесь нужно обладать определёнными знаниями. Плюс – это часть коммерческой информации.
О. ШЕВКУН: Вы продолжаете развивать, вы продолжаете делать новое. Допустим, есть человек, есть портрет человека. Сколько времени и сколько вложений необходимо, чтобы сделать из него рельефный портрет?
С. ПАРФЁНОВ: Это не так долго на самом деле. В течение двух-трёх недель, в зависимости от процессов, уже не связанных с самим производством эскизов. Само производство занимает не более недели.
О. ШЕВКУН: То есть, это отлаженная история. Это не то, что «ой, давай озадачимся, как бы сделать»… Вы знаете, как это сделать?
С. ПАРФЁНОВ: Конечно, мы вот, пожалуйста, можем наблюдать 3D-портреты как раз.
О. ШЕВКУН: А как насчёт просто рельефной версии какой-то картины? Допустим, потенциальному заказчику надо, чтобы эта картина была в рельефе или план местности был в рельефе.
С. ПАРФЁНОВ: План местности гораздо проще, чем рельефная картина.
О. ШЕВКУН: Естественно.
С. ПАРФЁНОВ: Опять же, здесь уже возникает вопрос сложности самой картины, произведения, которое нужно повторить.
О. ШЕВКУН: Тут главное в том, что у вас есть уже наработка. То есть, некий процесс, и дальше уже вопросы, которые вы задаёте, есть шаги, которые вы делаете. Вам не приходится для каждой такой задачи «открывать Америку». Она уже открыта.
С. ПАРФЁНОВ: Да, база уже наработана.
О. ШЕВКУН: Спасибо большое!
С. ПАРФЁНОВ: Спасибо! (Окончание видеосюжета).

П. ИВАНКЕВИЧ: Александр нам ответил на наш прошлый вопрос. Он сказал: «Да, к нашему стенду подошли всего человек пять за два дня. И это довольно грустно».
О. ШЕВКУН: И это действительно грустно. Кстати говоря, мы сегодня начали уже смотреть, но некоторые стенды мы вынесли на следующий эфир. Через неделю мы тоже посмотрим некоторые моменты с выставки. В частности, стенд Всероссийского общества слепых. А в принципе, вот эта ситуация показывает, что происходит в России с обеспечением незрячих тифлотоварами. Потому что, вы слышали, друзья, что сказал представитель компании «Вертикаль»: «Мы работаем с госструктурами. Мы работаем с коммерческими организациями».
П. ИВАНКЕВИЧ: То есть, по сути, не с человеком, который будет употреблять этот продукт.
О. ШЕВКУН: Он оценивает что-то, но он не покупает. Он денег не платит. И поэтому следующий стенд – это большая компания «Исток-Аудио Трейдинг», это магазин «Доступная среда», это сайт smartaids.ru … И вы увидите такой маленький-маленький стенд, который, к тому же, еще и за стеклом. Послушайте, вот на западной выставке компания такого уровня, такого размера имела бы стенд огромный…
П. ИВАНКЕВИЧ: И со столиками, чтобы это все рассматривать, щупать, трогать и изучать.
О. ШЕВКУН: Но если ты понимаешь, что рассматривать, изучать некому, то получается то, что получается. Опять-таки, ребята замечательные. Это проблема не организаторов выставки, это проблема не этих ребят, это проблема всей системы. Мы сейчас посмотрим этот кусочек. Но пишите, пожалуйста, свои впечатления и ощущения от выставки, если вы там были или впечатления от того, что вы видите здесь и сейчас, если вас на выставке не было.

(Видеосюжет 3).
Мы у стенда группы компании «Исток-Аудио Трейдинг». Беседуем со Светланой.
О. ШЕВКУН: Светлана, добрый день!
СВЕТЛАНА: Здравствуйте!
О. ШЕВКУН: Это часть стенда. Мы были на выставке в Германии и виделись с Вами там.
СВЕТЛАНА: Всё верно, да.
О. ШЕВКУН: Скажите, пожалуйста, вот здесь техника для незрячих. Светлана, почему она под стеклом?
СВЕТЛАНА: В этот раз мы решили поместить её под стекло, потому что достаточно мелкое оборудование…
О. ШЕВКУН: То есть, вы боитесь, что могут спереть?
СВЕТЛАНА: Нет, конечно, не боимся. Просто солиднее смотрится и больше внимания к себе привлекает.
О. ШЕВКУН: Вот я – незрячий человек. Я хочу увидеть увеличитель. Ваши сотрудники смогут это стекло открыть или это просто витрина?
СВЕТЛАНА: Конечно-конечно, по вашему требованию мы всё это покажем, расскажем и вместе с Вами попробуем в работе увеличитель и остальные товары.
О. ШЕВКУН: Вы представляете здесь, на самом деле, очень небольшую часть того, что у вас есть для незрячих. Это «Smart Bee» плеер. Про него мы уже говорили. Это увеличитель от «Optelec». Какой именно здесь у вас?
СВЕТЛАНА: Видеоувеличитель у нас представлен “Optelec compact 6 HD”. То есть, это читающая машина. Он в себе включает читающую машину и видеоувеличитель. У него два режима работы: близкое и дальнее расстояние.
О. ШЕВКУН: Если человек решил, допустим, ему предлагают взять бесплатный видеоувеличитель по программе. Он может купить у вас вот этот прибор, а потом получить возмещение той суммы, небольшой (да, признаемся, небольшой суммы), которую ему государство на это выделяет. Вы можете предоставить документацию?
СВЕТЛАНА: Да, конечно, мы предоставляем, и не только такие видеоувеличители, но и остальные технические средства. И документацию тоже.
О. ШЕВКУН: Иными словами, друзья, если вам предлагается тифлофлешплеер, если вам предлагается видеоувеличитель, то у вас всегда есть путь не брать то, что предлагают, а обратиться в коммерческую компанию, приобрести там и потом в свои органы соцзащиты предоставить соответствующую документацию. И вы получаете ту сумму, которая сейчас проходит по тендеру в вашем регионе. Так?
СВЕТЛАНА: Да, всё верно.
О. ШЕВКУН: Там, правда, небольшая сумма будет, но всё же…
СВЕТЛАНА: Но всё же компенсация.
О. ШЕВКУН: Самый недорогой видеоувеличитель, который вы можете предложить на сегодня, что это?
СВЕТЛАНА: Стоит он в районе восемнадцати тысяч рублей, достаточно, тоже, компактный, удобный…
О. ШЕВКУН: Это будет “Optelec” или это будет «Rubi» от «Freedom Scientific» или это будет что?
СВЕТЛАНА: Нет, это будет китайского производства.
О. ШЕВКУН: Китай?
СВЕТЛАНА: Да.
О. ШЕВКУН: Понятно. это, в любом случае, альтернатива тем приборам, которые вам массово могут предлагать. Поэтому смотрите, альтернативы есть. (Окончание видеосюжета).

О. ШЕВКУН: Друзья, вот мы сейчас видели этот стенд. Опять-таки, года два назад компания “Исток-Аудио” показывала больше. Три года назад, четыре года назад она показывала больше. Сейчас один вопрос: а вот ей это зачем? Понимаете, если наши с вами предпочтения ничего не определяют, то у компании возникает резонный вопрос: зачем им ездить на выставку “Интеграция” или на любую другую выставку? Я помню, работал на выставках в 2012, 2013, 2014 годах, там были и дисплеи Брайля, и всякие измерительные приборы, и то, что мы называем “тифломелочи”, и были самые разные компании, которых сейчас на выставке не было.
П. ИВАНКЕВИЧ: Кстати, жалко, что не было тифломелочей. Мне было бы интересно их пощупать, потрогать, потому что это действительно занятные вещи.
О. ШЕВКУН: Это, конечно, занятные вещи, но на самом деле для компании это не интересно.
П. ИВАНКЕВИЧ: Конечно, кому это интересно, кроме собственно потребителя?
О. ШЕВКУН: Да, оно всё для кого? Как вы думаете, друзья, для кого выставки, и что сделать для того, чтобы это было действительно для потребителя?
На самом деле тут интересная история. Я расскажу. Я думал, рассказывать ли её, или нет…
Кстати говоря, тут ещё были представители “Доступного города”, были ещё представители ВОС, и сюжет о стендах ВОС, (там КСРК, там ЦРС, там собаки-поводыри), этот сюжет, я думаю, мы покажем в следующий понедельник. Но были компании, которые вместо выставки занимались совершенно другими вещами…
Мы продолжим смотреть впечатления от выставки, но сначала я расскажу страшную историю, которая происходила буквально на прошлой неделе, буквально во время выставки. В Москве, как вы знаете, слепоглухим людям, людям с нарушением слуха и зрения, сейчас выдают органайзеры по программе ИПР. До сих пор выдавались органайзеры ElBraille (“ЭльБраиль”), и эти органайзеры мы знаем. Мы их ругаем, мы их порой критикуем, мы их порой хвалим, но мы их видели. Что произошло на прошлой неделе? На прошлой неделе проходила приёмка органайзеров по тендеру, которые предложила на московском рынке компания “Круст”. Компания “Круст” выиграла тендеры. Теперь внимание: есть органайзер ElBraille (“ЭльБраиль”). Его делает “Элита Групп”. Компания “Круст” выпускает органайзер. Называет его незамысловато – “Круст Брайль”, идёт на тендер, ставит очень низкую цену (по-моему – 80 тыс. рублей).
П. ИВАНКЕВИЧ: Я вас перебью. Это вообще, получается, русская компания?
О. ШЕВКУН: Это русская компания. Это город Екатеринбург. Так вот, она выигрывает тендер по прибору и пытается поставить слепоглухим людям прибор, который никто не видел.
П. ИВАНКЕВИЧ: А зачем? Всё равно возьмут.
О. ШЕВКУН: Зачем “Крусту” идти на выставку? Зачем ему показывать эту штуку на выставке? Можно сразу в государственные органы. Можно сразу в госприёмку. Теперь, в госприёмке участвовали, в частности, представители фонда “Со-единение”, и они сказали: «А что это такое? Как можно это принимать?» Например, с клавиатуры этого дисплея невозможно закрыть окно. Узнать, когда заканчивается заряд батареи невозможно. Он там пищит на 15%, и всё. Прибор собран очень быстро. Никто его не видел. Компания приходит только для того, чтобы что-то продать, чтобы предложить что-то государству, получить деньги с государства. Зачем ей на выставку? И вот это – страшная история. Эта история происходила одновременно с выставкой. Кстати, они не прошли госприёмку, но на этой неделе они будут пытаться ещё раз.
Я не знаю, как можно улучшить прибор. Я хотел бы услышать о том, что будет происходить дальше: пройдут они госприёмку, или нет. Честно говоря, очень надеюсь, что не пройдут. Компании вроде компании “Круст” идут не на выставки. Они идут не к пользователям.
П. ИВАНКЕВИЧ: Прямиком к государству, да?
О. ШЕВКУН: Да, чтобы впарить людям свою продукцию.
П. ИВАНКЕВИЧ: Ужас! Страшно!
О. ШЕВКУН: Теперь вопрос к вам, друзья: что по этому поводу можно делать? Что мы, как пользователи, можем делать? Пишите, пожалуйста, в комментариях. Только не пишите: «Ой, ничего. Всё плохо!»
Конечно, кое-что – плохо, но что-то, наверное, мы сделать можем.
П. ИВАНКЕВИЧ: Александр написал: «Вот бы мне кто-нибудь выдал ElBraille (“ЭльБраиль”), а упоминание о “Круст” вызывает тошноту. Так только у меня?»
О. ШЕВКУН: Напишите, пожалуйста, друзья,. Может быть, кто-то скажет, что у него вызывает тошноту упоминание, например, об “Элита Групп”. Потому что “Элиты” тоже на этой выставке не было, но, по крайней мере, “Элита Групп” приходит в эфиры, у них есть материал на сайте. Я, когда узнал про прибор “Круст Брайль”, я стал искать его в интернете.
П. ИВАНКЕВИЧ: Там ничего нет, да?
О. ШЕВКУН: Нет. Его слепили для тендера.
П. ИВАНКЕВИЧ: Жуть!
О. ШЕВКУН: Он сделан на основе дисплея “Seiko”. Это японо-китайский дисплей. Сделан он, насколько я понимаю, плохо. Там вставили в него бесплатную программу экранного доступа “NVDA”. Насколько я слышал, это всё работает криво. Но кого это волнует?
П. ИВАНКЕВИЧ: Зато сэкономили.
О. ШЕВКУН: Кому?
П. ИВАНКЕВИЧ: Себе. И на пользователях.
О. ШЕВКУН: На слепоглухих людях.
П. ИВАНКЕВИЧ: Елена пишет, что “Круст” и тифлоплееры тоже не обновляет. С каждым комментарием мне становится всё более грустно.
О. ШЕВКУН: К сожалению, понимаете, выставка “Интеграция” в этом году обнажила все эти проблемы. И мы здесь в «Тифлостриме» понимаем, что мы – небольшое СМИ. Мы реально сейчас – маленькое СМИ. Но мы хотим об этом говорить. На самом деле там всё ещё сложнее. Мы сейчас к этому подойдём.
Одновременно с выставкой проходил форум по доступной среде. Мы не участвовали. Мы пришли и ушли. Но после форума или в перерыве форума мы поговорили с несколькими незрячими экспертами. Потому что как только люди узнавали, что здесь канал tiflo.info и программа «Тифлострим», к нам просто приходили. Ты помнишь, Полина?
П. ИВАНКЕВИЧ: Да-да, конечно. Такая толпа была, вообще душа радуется!
О. ШЕВКУН: А знаете, почему? Потому что людям надо высказаться. Люди хотят высказаться, потому что видят безобразие, которое происходит. Вот, небольшая группа экспертов.

(Видеосюжет 4).
О. ШЕВКУН: Во время выставки «Интеграция» мы встретились с небольшой группой ее участников. Александр Пивень, привет!
А. ПИВЕНЬ: Привет!
О. ШЕВКУН: Светлана Цветкова…
С. ЦВЕТКОВА: Здравствуйте!
О. ШЕВКУН: Светлана Боткина…
С. БОТКИНА: Добрый день!
О. ШЕВКУН:.А кто ещё хочет? Аа, Анатолий Попко!
А. ПОПКО: Здравствуйте!
О. ШЕВКУН: Слушайте, великолепно! Спасибо! А книгу подарите?
А. ПОПКО: Подарим в следующий раз.
О. ШЕВКУН: Что, не принёс книгу?
А. Попко: Уже все раздал.
О. ШЕВКУН: Ужас! Как он быстро раздал все! Также пришёл Михаил Олейников…
М. ОЛЕЙНИКОВ. Здравствуйте!
О. ШЕВКУН: Михаил, здравствуйте! Коллеги, впечатления о выставке есть у кого-то или ещё нет?
С. БОТКИНА: Мы посмотрели стенд Реабилитационного центра г. Волоколамска. Великолепные работы: из бисера, из бумаги. И цветы, и животные и даже украшения. Супер! Я в восторге! Всё время люблю к ним подходить, и каждый раз что-то новенькое можно встретить.
О. ШЕВКУН: Что-то новенькое можно встретить? Мне так не показалось.
С. БОТКИНА: Да, на каждой выставке. Приносят новые работы. Молодцы ребята!
С. ЦВЕТКОВА: У меня тоже ощущение, что одна и та же аппаратура на выставках. Нет ничего нового. Почему-то у меня такое ощущение.
О. ШЕВКУН: Коллеги, смотрите, вся эта ситуация, которая сейчас развивается с видеоувеличителями – выход видите? Я понимаю, что у вас у всех первая группа, может, у кого-то вторая. Спрашиваю инвалидов первой группы: видим выход?
А. ПИВЕНЬ: Никакого.
С. ЦВЕТКОВА: Почему? Нужна электронная сертификация. И потом надо не брать то, что плохого качества.
О. ШЕВКУН: Это уже каждый может принять решение сам. Правильно?
А. ПИВЕНЬ: Да.
С. БОТКИНА: Ну смотрите: если ты слабовидящий, и ты приходишь в этот центр, где всё это выдают, и смотришь в эту лупу – смотришь, что тебе плохо. Читаешь десять минут…
О. ШЕВКУН: А тебе говорят: «А ты просто не умеешь…»
М. ОЛЕЙНИКОВ: Дело в том, что они ведь даже не открывают коробку, когда берут.
С. ЦВЕТКОВА: Они же там не обучают. Они же там неграмотные все.
М. ОЛЕЙНИКОВ: Дело в том, что приходят люди, им дают коробку, они её забирают. И не расписываются.
О. ШЕВКУН: Да?
А. ПИВЕНЬ: Вот Владимир Владимирович объявил программу тифлозамены (импортозамещения) и надеялся на то, что российские производители начнут улучшать качество выпускаемых товаров, которые заменят импортные устройства на этом рынке. Но, к сожалению, у нас этого не произошло. Произошла импортоподмена. То есть, с рынка вытеснили импортное оборудование напрочь, а то, что производится российскими производителями, – оно не дотягивает даже до образцов, которые были за рубежом 15 лет тому назад. И это проблема. Это печально, потому что некоторые устройства наносят просто вред остаточному зрению людей, которые получают такие видеоувеличители, у которых рябит изображение, дёргается изображение, размывается и т. д. С ними работать практически невозможно. А другого получить ничего нельзя, потому что есть только такое.
С. ЦВЕТКОВА: А я лично считаю, что программу «Доступная среда» надо просто свернуть.
О. ШЕВКУН: Это опасно, потому что тогда мы потеряем доступность в городах.
С. ЦВЕТКОВА: Не потеряем ничего. Её и так нет.
А. ПИВЕНЬ: А о какой доступности в городах может идти речь?
О. ШЕВКУН: Тактильную плитку мы потеряем, товарищи. Брайлевские надписи мы потеряем.
С. ЦВЕТКОВА: А-а, ну конечно!
А. ПИВЕНЬ: Новые остановочные комплексы по типовому проекту имеют столб прямо напротив центрального выхода.
С. ЦВЕТКОВА: Выходишь головой в столб.
А. ПИВЕНЬ: И кнопки на автобусах. То есть, доступная среда становится с каждым годом всё хуже и хуже. Нам объявляют в транспорте, что если вы не приложите карточку к валидатору, то у вас будет не застрахована поездка.
С. ЦВЕТКОВА: А как её приложить – не поймёшь.
А. ПИВЕНЬ: А как её приложить, когда там непонятно, что загорается. И где найти этот валидатор – тоже порой непонятно. То есть, он не на каждом входе. Он то выше, то ниже, то повёрнут в одну сторону, то в другую. То есть я считаю, что всё становится всё хуже и хуже.
С. ЦВЕТКОВА: Программа против нас начинает работать.
А. ПИВЕНЬ: Программа начинает работать против инвалидов.
С. ЦВЕТКОВА: Абсолютно. (Окончание видеосюжета).

П. ИВАНКЕВИЧ: Елена пишет, что ссылку на этот выпуск надо отправить в ФСС (Федеральную службу страхования).
О. ШЕВКУН: Слушайте, на самом деле отправьте. Если у вас есть что-то более конкретное, чем просто этот выпуск. Потому что, смотрите, мы с вами сейчас живём в переломный момент…
Полина, я тебя перебил. Давай ты прочитаешь дальше, а потом я кое-что расскажу, потому что у меня будет спич.
П. ИВАНКЕВИЧ: Александр, я так полагаю, тоже комментирует “Круст”, что они просто наглые, упрямые и всё им нипочём.
О. ШЕВКУН: Да, сразу с юридической точки зрения скажу: это мнение зрителя Александра. Дело в том, что эти ребята в суд подать могут. Поэтому осторожно.
П. ИВАНКЕВИЧ: Александр, кстати, дополнил: «Люди боятся не брать. Думают, что потом им вообще ничего не дадут».
О. ШЕВКУН: Я хочу рассказать ещё одну небольшую историю, которая связана с выставкой. На прошлой неделе мы рассказывали про ситуацию, которая сейчас развивается вокруг видеоувеличителей. Я рассказал о тех проблемах, которые есть. Я рассказал о позиции Экспертного совета ВОС. Я сказал о том, что эта позиция на данный момент практически проигнорирована.
Но, слушайте, мне иногда мешает моя мягкость. Я тогда надеялся прийти на выставку “Интеграция”, увидеть две стороны. Услышать с одной стороны членов Экспертного совета, с другой стороны – услышать того же Сергея Макарова, который сейчас фактически представляет ВОС в разговорах с государственными структурами. Записать и тех, и других. Как говорили римляне: «Да будет услышана и другая сторона». И дать вам возможность сопоставить, потому что это очень важно. Выводы должны делать вы сами. Не моя задача, не наша с Полиной задача как журналистов, это делать…
Так вот, мы сегодня увидим и услышим ещё и других незрячих экспертов. Эти люди буквально подходили к нам, Полина не даст соврать… Я и сам не совру: «А можно с вами поговорить? А можно записаться? А можно высказаться?»
Теперь, на выставке мы беседовали также с Сергеем Макаровым, который на самом деле представляет несколько другую сторону. Он как раз говорит об этих увеличителях, у которых должны быть дополнительные функции. И, фактически, в конфликте с Экспертным советом это – другая сторона. Я очень хотел записать интервью с Сергеем Макаровым. Я просил его об интервью. Он сказал: «Ну, сейчас нет. Мне на выставке некогда». Я говорю: «Ну а хотя бы коротко…» Ни один другой эксперт не говорил мне, что сейчас некогда! И дальше этот человек выдаёт мне фразу, которая привела меня в шок. Он говорит: «Ну, если президент ВОС – Неумывакин мне разрешит, то я дам интервью», – сказал он так заискивающе.
П. ИВАНКЕВИЧ: Ого!
О. ШЕВКУН: Теперь мой вопрос: да почему? Понимаете, потому что президент ВОС не имеет право разрешать не разрешать – это другая история. Производитель или представитель экспертного сообщества не обязан спрашивать у президента ВОС разрешения на интервью. И те, кому скрывать нечего, разрешения не спрашивают. Более того, они рискуют возможностью потерять работу. Они могут реально через эти ситуации потерять работу. Они говорят, и это важно. Есть другая сторона, которая всё хочет спустить тихонечко. Слушайте, если бы мы сегодня не сказали об этом и если бы в рассылках Сергей Флейтин не написал бы об этом, то кто бы узнал про эту странную приёмку «горепродукта» от компании “Круст”?
П. ИВАНКЕВИЧ: Никто бы не узнал.
О. ШЕВКУН: Они не хотят, чтобы мы об этом знали. Но мы об этом будем знать, мы об этом будем говорить, для того чтобы сообщество было в курсе, для того чтобы сообщество могло вырабатывать свои отношения.
Теперь, это моя такая «деликатная либеральность»: давать слово обеим сторонам. Да, мы будем давать слово обеим сторонам, как только Сергей Владимирович Макаров захочет прийти к нам сюда. Мы его пригласим, мы с ним встретимся. Вопросы мы ему задавать будем, но моя позиция в этой ситуации сегодня гораздо более определённая: те, кому нечего скрывать, говорят. Те, кому есть, что скрывать, юлят. Проблема заключается лишь в том, что всё это на каждом из нас лично отзывается.
Полина, есть что-то в сообщениях почитать?
П. ИВАНКЕВИЧ: Да, есть. Елена пишет: «Производители выставляют очень высокие цены, и самостоятельно чаще всего возможно купить, но только самый дешёвый вариант».
О. ШЕВКУН: Да, это проблема, но зачастую государство тоже покупает самое дешёвое. Там есть эта «фишка»: из разных вариантов выбирается самый дешёвый и вот на этом демпинге цен производители, собственно говоря, и играют. Это ужас!
Кстати, ещё один маленький момент: насколько я знаю, Сергей Макаров имеет доверенность от президента ВОС Неумывакина на то, чтобы представлять ВОС в общении с государственными структурами, когда речь идёт о технических средствах. Я от этого прихожу в шок, потому что фактически руководство ВОС в лице Неумывакина или тех чиновников, которые дали доверенность, говорит следующее: «Да, у нас есть эксперты, но нас эти эксперты не интересуют. Вот этому человеку единолично мы даём доверенность». Друзья, это недопустимо. Тогда вопрос к нам с вами: даём ли мы доверенность на дальнейшие действия вот такому руководству? Но это пока риторический вопрос.
Мы беседовали с Вячеславом Царегородцевым из Нижнего Новгорода. Там история вот какая: была группа людей, но мы с Вячеславом говорили настолько долго, что все остальные разбежались пить кофе. Поэтому мы посмотрим этот кусочек. Он с таким обрезанным началом. Наш разговор с Вячеславом как раз о том, что он видел на выставке, что показалось ему важным, потому что есть ещё одна тема. Я очень хотел бы, чтобы мы сейчас это услышали и увидели.

(Видеосюжет 5).
Вячеслав ЦАРЕГОРОДЦЕВ: То, что важно, на что сейчас необходимо обращать внимание – это выступление специалистов из «Говорящего города», потому что мы про эту систему слышим неоднократно. И новый, так сказать, виток сейчас эта система должна сделать: попытаться включиться в программу «Умные города», которая сейчас у нас начинает реализовываться в России. Уже сейчас можно зайти на сайт «Умный город» и посмотреть решения, которые там есть, и те города, в которых это реализуется. Если в вашем городе эта программа начинает действовать, попытайтесь туда включить что-то для инвалидов по зрению. Может быть, даже систему радиоинформирования, ориентирования.
О. ШЕВКУН: «Попытайтесь», это как? Это «выходите на госструктуры»?
В. ЦАРЕГОРОДЦЕВ: Попытайтесь – это говорите об этом, выходите на госструктуры. Обычно этим занимаются, в администрации есть сейчас… Просто я на примере своего города могу сказать, что сейчас создаются различные советы по этой программе. И, собственно, пожелания в рамках уже существующих советов, которых множество великое – необходимо говорить, нужно успеть.
О. ШЕВКУН: Это помогает? Это реально помогает? Ведь кто-то очень пессимистично на это смотрит.
В. ЦАРЕГОРОДЦЕВ: Понимаете, какая штука: вода камень точит. Может, и не поможет, но обидно будет, если, как у нас часто бывает, сделают – и сделают неправильно. Пусть лучше сделают правильно, если будут что-то делать.
О. ШЕВКУН: Ну да, чем потом критиковать, лучше уж сразу в этом участвовать.
В. ЦАРЕГОРОДЦЕВ: И второй момент по доступности контента. То, что рассказывал Анатолий Дмитриевич Попко. Сейчас разрабатывается стандарт по доступности веб-контента. Это очень важно для нас, людей, которые активно пользуются интернетом, СМИ, приложениями. Мы надеемся, что это поможет нам сделать более доступной цифровую среду. (Окончание видеосюжета).

О. ШЕВКУН: Даже если вы смотрите нас в записи, оставьте, пожалуйста, комментарий. Я также напомню, что вы нам можете писать по адресу: stream@tiflo.info. И через неделю мы посмотрим еще несколько видеосюжетов, посмотрим видеосюжет о стенде Всероссийского общества слепых, посмотрим еще нескольких экспертов и участников выставки, которых сегодня не успеем посмотреть. Кстати, еще сегодня не все. Еще кое-что будет. И также мы будем отвечать в следующий раз на ваши письма, которых у нас, на самом деле, все больше и больше.
Вообще, тут еще одна вещь прозвучала сейчас у Вячеслава Царегородцева насчет системы «Говорящий город». Там тоже история интересная. Система «Говорящий город» может работать только при поддержке городской администрации и при поддержке Всероссийского общества слепых. Идет она сложно по разным причинам. Это все достаточно неоднозначная история. Но как-то не хватает роли экспертного сообщества, самих незрячих. Ну вот – оно надо? Оно не надо? Это как?
И вот эта идея, которая была высказана также во время конференции, – войти в программу «Умный город», – мне кажется, это идея интересная. Кстати, «Говорящий город» – это ведь не для продвинутых людей, не для тех, кто со смартфонами ходит. Это для тех, кто недавно зрение потерял.
Расскажу маленькую историю. Я тут был на МСЭ. Сын мой проходил, и я ходил вместе с ним. Я видел бабушек, которые потеряли зрение, и они говорят: «А что там дают? А что там? А вот увеличитель? А это что? А как это работает?» И я понял, что, с одной стороны есть продвинутые пользователи, но их меньшинство. Та же самая компания «Круст», насколько я знаю, их оборот на видеоувеличителях составляет около 200 млн. рублей в год, 150 млн. – на тифлофлешплеерах и 75 – на всем остальном. Это все-таки серьезно. И зачастую действительно бывает, что плохие тифлосредства люди получают просто из-за неотлажености системы, и они сами не понимают, что получили. После прошлого эфира нам писали: «Да вот, получил видеоувеличитель, голова болит». И надо по этому поводу что-то делать.
П. ИВАНКЕВИЧ: По сути, люди даже ничего не говорят по этому поводу чаще всего потому, что они не знают, что бывает лучше. Намного лучше.
О. ШЕВКУН: Да. Причем не обязательно дороже. Оно может столько же и стоить.
П. ИВАНКЕВИЧ: По стоимости может быть на тысячу или две дороже, а может быть даже дешевле, но абсолютно другое качество. Но, к сожалению, просто никаких альтернатив не предоставляется.
О. ШЕВКУН: Или то, о чем говорили, по-моему, Александр писал сегодня, да? Что – будешь выступать, вообще ничего не дадут, что будешь выступать, вообще никуда на работу не возьмут.
П. ИВАНКЕВИЧ: Я даже не знаю, на самом деле. Вот ничего не дадут. В таком случае лучше, может быть, даже если ничего не дадут, чем дадут какой-то ужас.
О. ШЕВКУН: Чем дадут. Юрий Лисневский, известный в сообществе незрячих и слабовидящих людей человек, директор библиотеки из Новосибирска, подошел к нам. Мы с ним побеседовали. Ему тоже было что сказать. Давайте это посмотрим!

(Видеосюжет 6).
О. ШЕВКУН: Юрий Юрьевич Лесневский, директор…
Ю. ЛЕСНЕВСКИЙ: …Новосибирской областной специальной библиотеки для незрячих и слабовидящих.
О. ШЕВКУН: Юрий Юрьевич, что сейчас с доступной средой в Новосибирске? Он впереди, он позади, он где-то сбоку?
Ю. ЛЕСНЕВСКИЙ: Мы, как говорят, на подъеме, но копим силы.
О. ШЕВКУН: Для чего?
Ю. ЛЕСНЕВСКИЙ: Для крутого подъема. Потому что, если говорить чуть серьезней, я член многих общественных комиссий и на уровне губернатора, и на уровне мэрии города Новосибирска, и концептуально к этому действительно очень серьезное отношение. Многое упирается в масштабное вливание средств.
О. ШЕВКУН: Денег не хватает или они вливаются не туда? Или что?
Ю. ЛЕСНЕВСКИЙ: Причина – недостаток значительного объема денег, потому что… Там, где идут работы по безопасным, качественным дорогам, там, где идут придворовые территории, мы являемся центром компетенции в области формирования и потребления безбарьерной среды. То есть, у нас много людей. И я вот сейчас нахожусь именно на курсах, которые, с благодарностью еще раз хочу отметить, организовало Всероссийское общество слепых, и это будет мой третий диплом. И многие наши специалисты, в том числе, незрячие наши, учреждения имеют разные подтверждающие документы и консультируют представителей разных профессиональных групп и отраслей, которые занимаются формированием доступной среды. За счет этого мы экономим много неточных решений. И то, что, в какой-то степени, Новосибирск немножко отстает – это хорошо. Потому что мы видим те зигзаги, которые выписывали регионы.
О. ШЕВКУН: Вы – человек, который давно во всем этом работает, в этих сферах. Вы наверняка слышали о том, что происходит сегодня вокруг рынка ручных видеоувеличителей. Я не буду спрашивать конкретно про рынок. Я буду спрашивать вот про что: есть Всероссийское общество слепых, есть эксперты ВОС, есть руководство ВОС. Как вы понимаете, в чем должна быть роль Всероссийского общества слепых в решении вопросов о технических средствах? Что оно должно делать как Общество и чем не стоит ему заниматься?
Ю. ЛЕСНЕВСКИЙ: Первыми словами я хочу отметить исключительную ценность создания Экспертного совета, который стал причастным к разработке различных государственных стандартов, связанных именно с реабилитацией и независимой жизнью людей, прежде всего, с нарушением зрения, хотя многие проекты этих стандартов имеют отношение к разным нозологиям. Но, по крайней мере, то, что связано с людьми с нарушением зрения, обеспечивается очень квалифицированной экспертизой. Потому что собраны лучшие специалисты, которые есть в стране. Я не пропущу момент погреться в лучах славы. Где-то, в каких-то рабочих группах меня тоже используют. И, уверяю, это достаточно обстоятельная работа, вчитываться в разные статьи, показывать некоторые перекосы с терминологией, показывать иногда неточности тех ведомств, которые впервые взялись за новую тему. Что касается конкретно стандарта о видеоувеличителях, Я вам скажу просто: я всегда стоял за импортозамещение. Но я всегда стоял и стою за качественное импортозамещение, по той причине, что если какие-то устройства, которые будут выдаваться слабовидящим людям, а я являюсь вот таким конкретным примером, если частота смены кадров видеоувеличителя будет недостаточной, я буду постоянно сознавать, что я оставляю часть остатка своего зрения на этом устройстве. И если новые стандарты обеспечивают зеленую дорогу именно качественному продукту, я за такие стандарты. Если появляются какие-то особые акценты на опции, которые блокируют главное их качество: обеспечение меня в доступе к информации и знаниям без ущерба для моей функции зрения, это уже проблемная тема. Я знаю о большой дискуссии, которая идет по поводу вот этого стандарта. Я считаю, что она должна иметь более широкое обсуждение. И квалифицированных людей, которые могут веско высказаться на эту тему, в нашем Обществе предостаточно. (Окончание видеосюжета).

О. ШЕВКУН: У нас совершенно нет времени, но я хочу, чтобы вы посмотрели еще один кусочек. Денис Таратухин подошел к нам. Он из Пермского края. Давайте посмотрим!

(Видеосюжет 7).
О. ШЕВКУН: Мы беседуем с Денисом Таратухиным из Перми. Денис, добрый день!
Д. ТАРАТУХИН: Добрый!
О. ШЕВКУН: Вы – член правления Пермской региональной организации ВОС. Правильно я понимаю?
Д. ТАРАТУХИН: Да.
О. ШЕВКУН: И специалист по доступной среде.
Д. ТАРАТУХИН: Да.
О. ШЕВКУН: Сертифицированный? Бумажка есть, главное?
Д. ТАРАТУХИН: Да. Есть бумажка. Такая замечательная, красивая, которая мне нравится и которая дает мне право называть себя экспертом и компетентным специалистом в вопросах формирования безбарьерной среды для инвалидов по зрению.
О. ШЕВКУН: Вы были сейчас на этом Форуме по доступности. Что на этом Форуме для вас было самым главным на данный момент?
Д. ТАРАТУХИН: Для меня это уже второй форум. Я был здесь и в 2017 году. Вопросы поднимаются интересные и актуальные, но я слышу, что некоторые представители органов власти до сих пор некорректно готовят свои формулировки в презентациях и в подаче материала.
О. ШЕВКУН: И сейчас тоже?
Д. ТАРАТУХИН: Да, и сейчас тоже.
О. ШЕВКУН: А конкретнее?
Д. ТАРАТУХИН: Мы до сих пор не умеем правильно называть тактильные наземные указатели, мы путаем поручни и перила. Мы стараемся все равно в любом случае делать упор на инвалидов на креслах-колясках.
О. ШЕВКУН: Задача, чтобы и те, и другие были довольны?
Д. ТАРАТУХИН: Да. Но в приоритете все равно, есть такое мнение, что в большинстве случаев, инвалиды на колясках. Все, что касается доступной среды, больше идет упор на них.
О. ШЕВКУН: Просто их больше численно.
Д. ТАРАТУХИН: Тут спорный вопрос, кого больше. И рассуждать можно бесконечно. Мы делаем доступную среду, и мы должны понимать, для кого мы ее делаем. Даже по статистике, в большинстве случаев инвалиды по зрению больше передвигаются по городам и весям нашей огромной страны, чем колясочники. Есть такое мнение.
О. ШЕВКУН: Сейчас идет спор по поводу видеоувеличителей, по поводу стандартов, по поводу ГОСТов. Вы – член Экспертного совета. Что, по вашему мнению, должно произойти, чтобы мы могли спокойно сесть и решить этот вопрос? И можно ли его в принципе спокойно решить?
Д. ТАРАТУХИН: Я являюсь все-таки членом просто рабочей группы, а не Экспертного совета. Мы как раз занимались разработкой данного стандарта. Цель стандарта: создать условия для комфортного, безопасного пользования видеоувеличителями инвалидами по зрению.
О. ШЕВКУН: И тогда автоматически опасных видеоувеличителей на рынке не будет.
Д. ТАРАТУХИН: Да. Почему? Как мы знаем из примера, глаз воспринимает 84 кадра в секунду. Есть исследования. Мы это все прекрасно знаем. Группа экспертов добровольной системы сертификации провела исследования некоторых образцов видеоувеличителей, которые активно распространяются через Фонд социального страхования, и пришла к таким интересным фактам, что одна из компаний, которая поставляет через Фонд социального страхования технические средства реабилитации для инвалидов, в своей продукции имеет частоту разрешения, обновления экрана 14-15 кадров в секунду. Каким образом это было сделано? Может, это сделали видеозапись высокоскоростной камерой, а потом покадрово считалось, сколько кадров необходимо…
О. ШЕВКУН: Мы давали ссылки на эти видео. Там это можно все посмотреть.
Д. ТАРАТУХИН: Да, на ссылке это есть. Ребята могут посмотреть и убедиться.
О. ШЕВКУН: Так вопрос: как разруливать-то?
Д. ТАРАТУХИН: Во-первых, нужно всем товарищам, которые производят данные технические средства реабилитации, не препятствовать принятию ГОСТа, который разработан был при помощи рабочих групп и Экспертного совета Всероссийского общества слепых. Во-вторых, нужно слушать мнение людей. А именно, непосредственно инвалидов по зрению, для кого вы производите технические средства реабилитации. Не нужно говорить и бить себя в грудь кулаком и кричать, что я такой важный эксперт, я могу решить за вас, что вам нужно. (Окончание видеосюжета).

О. ШЕВКУН: Выставка «Интеграция» высветила серьезнейшие системные проблемы, которые нам еще предстоит решать. Вот этим мы и занимаемся. Через неделю продолжим беседу, потому что не все сегодня успели. С вами были Полина Иванкевич…
П. ИВАНКЕВИЧ: …И Олег Шевкун. Всем, всем пока!