Тифлострим. Выпуск 32. На ошибках учатся. Как?

Текстовая версия

Что такое ошибка? Начало падения? Или возможность для роста?

Как извлекать пользу даже из самых неприятных ошибок?

И как вообще оно работает, это стремление вперёд?

Обсуждаем во внеочередном «Тифлостриме». А заодно — общаемся в неформальной обстановке, отвечаем, наконец, на ваши критические замечания, а также вспоминаем о самых полезных ошибках в истории тифлотехники

Ведущие: Наталья Иванова, Олег Шевкун

О. ШЕВКУН: Ну что ж, друзья, привет! Это мы. Наталья Иванова – привет, Наташ!..

Н. ИВАНОВА: …И Олег Шевкун…

О. ШЕВКУН: …Здесь, в «Тифлостриме» в не наше время, в среду, в 17 часов. Я очень надеюсь, друзья, что вы сегодня смотрите и слушаете, потому что сегодня нам нужна ваша помощь. Позавчера был кошмар, когда у нас в «Тифлостриме» был очень плохой звук. И мы поняли, что эту проблему надо решать. Мы постарались её решить. Но решить её по-настоящему мы сможем только сегодня, с вашей помощью, поработав в эфире, поняв, что у нас происходит, насколько всё хорошо, насколько всё плохо.

Н. ИВАНОВА: Пишите в комментариях.

О. ШЕВКУН: Слышно, видно, друзья? Пишите, рассказывайте, потому что сегодня это особенно важно для нас. Ну и кстати, сегодня мы будем говорить об ошибках, о том, как исправлять ошибки. Потому что, то, что получилось у нас, действительно было ошибкой. Но наша задача – не просто констатировать этот факт, а исправить это. Наташ, ты можешь вспомнить какие-нибудь не очень серьёзные ошибки своей жизни? Может быть, в школе, может быть, в институте, когда ты понимала, что: «О, накосячила!». Либо такое плохое, неприятное событие, либо это способ что-то продумать, что-то начать делать по-другому?

Н. ИВАНОВА: Мне кажется, что все ошибки, которые у меня были, я не воспринимала как ошибки. Может быть, меня так научили мыслить родители, что все ситуации в жизни не просто так. У меня была ситуация, когда я училась в школе, в третьем классе. Меня очень обижали мальчики, и мама решила перевести меня в другую школу, в гимназию. Я написала экзамен, мне поставили тройку, а математику я написала на пятёрку, и учительница сказала: «Идите, забирайте документы, будем вас переводить». Мы с мамой забрали документы, приходим, а она говорит: «Ой, я допустила ошибку: у вас не тройка, у вас двойка, вы даже не дотягиваете до двойки». И моя мама говорит: «Ну что, мы теперь документы назад понесём? Как вы себе это представляете?» В итоге меня приняли в гимназию путём проб и ошибок.

О. ШЕВКУН: Сегодняшний наш стрим существует и выходит в эфир именно потому, что мы допустили ошибки. Именно потому, что я, как руководитель проекта, допустил ошибки. И стало понятно, что для того, чтобы идти дальше, для того, чтобы делать следующие стримы и быть уверенными, что всё нормально, нам нужна такая возможность: и исправить, и посмотреть, и кое-что протестировать. Поэтому сейчас мы не можем предсказать, что будет. Но мы можем задать вам вопрос, друзья. Были ли в вашей жизни ошибки, которые потом, на поверку, оказались для вас ступенькой к совершенству и развитию?

Н. ИВАНОВА: Джем пишет: «Умный учится на чужих ошибках, но свои ближе к телу».

О. ШЕВКУН: Друзья, расскажите, о том, от чего зависит, будет ли для вас эта ошибка началом падения или она станет для вас трамплином и возможностью для дальнейшего роста? Я помню себя, когда я только начинал учить английский язык. У меня возникла такая ситуация: я боялся говорить. Это было уже даже не в школе. В школе нам разрешали ошибаться, а когда я попал в университет, там были очень суровые преподаватели.

Н. ИВАНОВА: Что они говорили?

О. ШЕВКУН: «How can you talk English like that?»

Н. ИВАНОВА: Кто понял, что только что сказал Олег?

О. ШЕВКУН: Многие поняли, ты тоже, я думаю, поняла. «Как вы можете так разговаривать по-английски?» Имеется ввиду, так плохо разговаривать по-английски. Знаешь, что со мной произошло? Я стал бояться открывать рот: «Хорошо, я плохо разговариваю, я помолчу». А потом мне стали говорить: «Почему ты молчишь?» Потому я и молчу. И это мне было 18 лет. А что с человеком в семь или восемь лет в таких случаях происходит, я и представить себе не могу…

Н. ИВАНОВА: Это душевная травма на всю жизнь, если не найдётся кто-то, кто поможет её преодолеть.

О. ШЕВКУН: Сегодня мы хотим услышать вас. Как вы исправляете ваши ошибки?

Н. ИВАНОВА: Елена Огородникова пишет: «Будет ли ошибка ступенью к развитию, зависит, в том числе, и от отношения к ситуации».

О. ШЕВКУН: Да, это действительно так. Порой бывает трудно это отношение переломить, но, действительно, зависит. Исходим мы из того, чего я хочу. Я хочу развиваться или я хочу сказать: «Нет, из этого ничего не получится». Кстати, Елена Огородникова прислала комментарий. Это один из комментариев, которые мы получили в прошлом эфире, и на который я бы хотел обратить внимание. «Иногда то, что люди считают ошибками, на самом деле таковыми не являются. Есть смысл просто разобраться и понять, что происходит, чтобы ответить на эти вопросы».

Н. ИВАНОВА: Да, мне кажется, если мы уже говорим про жизнь, а не просто про какие-то технические моменты, в которых мы можем ошибаться, если дело касается жизненных ситуаций, то тут уже не ошибки, а это нужно воспринимать как уроки.

О. ШЕВКУН: Об этом мы тоже будем сегодня говорить. Вот, например, Елена написала в ВК комментарий к прошлому эфиру: «Мне кажется, когда в эфире только одна тема, это как-то комфортнее, что ли, плюс можно более широко развернуть обозреваемую тему». В анонсе мы обещали сегодня читать критические комментарии, критические замечания. Как раз один из этих комментариев от Елены.

Да, я соглашусь, что зачастую это лучше, когда одна тема. Но иногда бывают такие темы, которые можно завершить за 10-15 минут. Что делать? Сделать «Тифлостримчик» на 15 минут или попытаться поставить разные темы в один эфир? И ещё. Есть темы, которые интересуют часть нашей аудитории, другую же часть интересуют совершенно другие темы. И что делать? Вот и приходится нам здесь постоянно балансировать, Елена.

Н. ИВАНОВА: Людмила пишет: «Здравствуйте! Какой сюрприз!» Сюрприз, что сегодня у нас эфир, или что Вы имеете ввиду под словом «сюрприз?»

О. ШЕВКУН: Может, Наташа сюрприз. Наташа сегодня у нас во второй раз. В первый раз её участие отчасти было смазано нашими проблемами со звуком. Наташа, помнишь, какой вопрос ты задавала нашей аудитории в прошлый раз?

Н. ИВАНОВА. Да, я просила вас написать в комментариях, как вы считаете, как быть хорошей ведущей, что нужно делать. Может быть, у вас есть какие-то советы. Вы же слушаете, смотрите и у вас уже есть какое-то понимание о хорошем ведущем.

О. ШЕВКУН: Кстати говоря, Наташа во всей этой тифлоистории всего две недели.

Н. ИВАНОВА: Вот вы сразу все карты открываете!

О. ШЕВКУН. Да, мой вопрос в связи с этим: важно ли, чтобы человек был в теме? Сейчас Наталья пока не в теме. Нужно ли нам устроить ей такой курс тифлотехники, курс тифлологии для того, чтобы она стала хорошей ведущей? Или это можно решить как-то иначе?

Н. ИВАНОВА: Джем пишет: «Олег, пробовали ли вы читать комментарии в прямом эфире? А то ваши сотрудники фильтруют и некоторые вещи Вам не зачитывают».

О. ШЕВКУН: Наши сотрудники, вы фильтруете?

Н. ИВАНОВА: Есть некоторые комментарии, которые хочется зачитать, но потом темы сменяют друг друга. Мы стараемся всё-таки всем уделять внимание. Но иногда бывает сложно, по себе могу сказать, как-то вернуться к теме, которую уже обсуждали, так как перешли на новую. Поэтому прошу прощения, если у меня в прошлый раз не получилось.

О. ШЕВКУН: А давай посмотрим с другой стороны: сегодня у нас более спокойный эфир, сегодня у нас есть тема, и у нас есть письма, которые мы хотим прочитать и вещи, которые мы хотим обсудить. Но если ты видишь, что пришёл комментарий, а мы про это уже говорили, просто скажи: «Олег, стоп! Давай прочитаем, есть интересный комментарий», и просто посмотрим, что из этого будет.

Н. ИВАНОВА: Хорошо! Елена спрашивает меня, как мне работается с незрячими и в эфирах, касающихся незрячих. Вы знаете, для меня это очень интересная тема. Я раньше не сотрудничала с такими людьми и мне кажется, многие зрячие не сотрудничают. Просто мы не знаем об этом мире и нас как будто держат в некоем неведении…

О. ШЕВКУН: Кого это вас?

Н. ИВАНОВА: Нас, зрячих. Нас как будто поделили на сообщества.

О. ШЕВКУН: На самом деле, это один мир с разными гранями.

Н. ИВАНОВА: Да, это один мир, с разными проявлениями. Конечно, иногда я стесняюсь о чём-то спросить и хочу спросить вас: насколько вам будет комфортно, если я буду о чём-то интересоваться, если буду спрашивать о каких-то простых для вас вещах, которые для меня являются чем-то абсолютно новым и непонятным? Я не хочу никого обидеть, но иногда действительно могу чего-то не понимать.

О. ШЕВКУН: Иными словами: Наташа здесь всерьёз и надолго. В проекте она не случайно, в этом проекте мы ещё будем видеть её. И вот её вопрос: может ли она задавать вопросы слушателям, может ли быть общение?

Н. ИВАНОВА: Теперь спрашивают вас, Олег: «Очень бы хотелось услышать про вашу семью. Расскажите, пожалуйста».

О. ШЕВКУН: Обязательно расскажу. Тем более, что сейчас приехала наша средняя дочь. Она приехала вместе со своим женихом буквально на две недели. Я не буду раскрывать всех подробностей, тем более, что это можно найти на Facebook. В будущем году 17-го мая у них свадьба. Если вы найдёте в интернете моего сына – Ричард Шевкун, с ним было очень хорошее интервью на сайте школьных олимпиад, это было буквально пару месяцев назад. Вот так.

Сергей Сырцов пишет: «Технический момент: а почему бы не добавлять ссылку на YouTube в пост с подкастом? Чтобы YouTube-трансляция и подкаст были в одном посте». Идея хорошая. Дело в том, что подкаст иногда выходит не сразу. Мы можем задержать подкаст на 1-2 дня, если нет фотографий, если нужно сделать аудиовариант и т.д. А вот ссылку на YouTube мы хотим дать как можно быстрее, но по этой причине пока не получается. Есть смысл подумать и, может, действительно объединять. Более того, ссылки на YouTube получают те люди, которые подписаны на нашу страницу ВК, а вот подкасты идут в общую ленту подкастов ВК. То есть там более широкая аудитория и там аудитория людей, которые любят аудиоматериал.

Помните, мы в прошлый раз говорили про донаты, про возможность пожертвования? Евгений Неретин высказывает своё замечание, которое я всё-таки не считаю указанием на ошибку. Он пишет: «Поддерживаю идею донатов. Если на YouTube условие в 1000 подписчиков, то, думаю, нужно сосредоточиться именно на этом. Считаю, что нужно перестать публиковать записи стримов на других ресурсах типа Яндекса, ВКонтакте и т. д. Возможно, на этапе популяризации это было нужно, но сейчас основная целевая аудитория хорошо осведомлена о проекте. На страницах в социальных сетях стоит публиковать анонсы, возможно, ещё какую-то информацию, текстовые расшифровки выпусков тоже можно оставить, но сами записи должны быть только здесь. Те, кто привык слушать их в других местах и кому они действительно нравятся, думаю, без особых проблем переберутся сюда, в результате чего канал и прокачается».

Н. ИВАНОВА: Хочу ответить Елене о том, что в СМИ сейчас, действительно, часто говорится о людях с ОВЗ (ограниченными возможностями здоровья), но, может быть, я просто мало с этим сталкивалась.

О. ШЕВКУН: Одно дело – СМИ, а другое дело – просто общаться с этими людьми.

Н. ИВАНОВА. Конечно. Это вообще два разных мира. Мне кажется, в СМИ каждый выставляет то, что ему выгодно. Не везде можно услышать правду, я думаю, вам это тоже знакомо. Может быть, у вас есть какие-то связанные с этим истории?

О. ШЕВКУН: А я отвечу на первую часть письма Евгения. Ответ: понятно, но нет. Вот почему: Евгений говорит о том, что ради того, чтобы привлечь людей в YouTube, надо сократить или закрыть все трансляции на других площадках. Напротив, мы сейчас работаем над тем, чтобы одновременно делать трансляции и в YouTube, и в ВК, и в Facebook. Думаю, мы это запустим.

Н. ИВАНОВА: Евгений прямо сейчас нам отвечает: «Олег, это не было замечанием, это всего лишь моё мнение».

О. ШЕВКУН: Хорошо, спасибо большое, что уточнили. Я отвечу очень коротко на это мнение. Есть люди, которые слушают нас, например, через библиотеку «Логос» AV3715, через тифлофлешплееры. Письма от таких людей мы тоже получаем. Их немного, но они находят нас как раз через эти ресурсы. Да, я понимаю, что, наверное, есть смысл сосредоточить всю аудиторию в YouTube. Но это означает, что кого-то мы таким образом будем оставлять за бортом. Я понимаю, что с точки зрения пожертвований лучше всё сложить в одну корзинку, но пока мы этого делать не будем. Я не знаю, изменится ли это в будущем или нет, но пока решение такое.

Н. ИВАНОВА: «Олег, Вы когда-нибудь ловили покемонов в храме?» Что это? Как это понимать?

О. ШЕВКУН: Этой истории уже года три, тогда была популярна игра «Покемоны», когда арестовали человека за то, что он ловил покемонов в храме. Я знаю церковь в Соединённых Штатах Америки, где на основе этой кризы была сделана такая штука: кого-то из молодёжных пасторов они обучили для того, чтобы помогать людям ловить покемонов. Потому что они решили: пусть люди сначала придут сюда для того, чтобы половить покемонов, а потом они услышат Cлово Божье, и мы с ними поговорим.

Н. ИВАНОВА: То есть это всё было специально запланировано?

О. ШЕВКУН: Там – да. Здесь у нас, к сожалению, это привело к тому, что человека арестовали. Не помню, чем кончилась вся эта история. Я не ловил. Тут ещё Евгений спрашивает, почему нужна такая привязка по времени, почему мы заканчиваем ровно в 18 часов. По нескольким причинам. Во-первых, потому что в 18:10 мы до сих пор были должны освободить то помещение, в котором находимся. Я говорю «до сих пор», потому что сейчас это меняется, и я думаю, что это ограничение у нас будет снято.

Н. ИВАНОВА: Теперь стримы будут по два часа, а то и по три…

О. ШЕВКУН: А вот теперь вопрос к тебе, Наташ. У нас позавчера пошёл интересный разговор, и мы действительно не всё успели обсудить. Мы договаривались с тобой о том, что работа у нас будет с пяти до шести. Теперь представь себе: вот ты сидишь и тут я говорю: «Так, Наташа, стрим продолжается, сейчас шесть двадцать, шесть двадцать пять…» Что бы ты при этом ощутила и почему?

Н. ИВАНОВА: Я думаю, что если беседа интересная, то я бы даже не заметила времени.

О. ШЕВКУН: В тот, конкретный раз, позавчера?

Н. ИВАНОВА: Я, если честно, вообще не смотрела на время. Очень часто прерывается разговор, и я даже не понимаю, почему он прерывается, а потом смотрю на время и думаю: «Ух ты, правда, пора заканчивать!».

О. ШЕВКУН: Позавчера ты должна была убегать, потому что тебе было нужно на работу…

Н. ИВАНОВА: Да.

О. ШЕВКУН: То есть, если бы я сказал: «Наташа, сидим ещё полчаса…»

Н. ИВАНОВА: Конкретно позавчера – да. Когда бывают определённые планы, всё равно, строишь свой день и расписываешь его, и нужно укладываться в своё расписание, иначе можно дорого за это поплатиться.

О. ШЕВКУН: Да, наши гости и наши соведущие – люди занятые, и мы выбрали эту стратегию «Тифлострима». В этом, он, действительно, похож на радиопередачу или телепередачу. Плюс-минус две минуты мы всё-таки допуск даём, что для радио, конечно, нереально, там такого допуска нет, у нас он есть. Это решение, которое мы приняли на этапе формирования проекта.

Н. ИВАНОВА: Хочу попросить прощения у Елены, может быть, задела ваши чувства. Она пишет: «Нет, друзья, не только СМИ, но и сами люди рассказывают о жизни инвалидов, сами инвалиды».

О. ШЕВКУН: Сейчас – особенно, потому что интернет, потому что таких возможностей становится всё больше и больше.

Н. ИВАНОВА: Я тоже к вам пришла, потому что узнала о вас. Поэтому я думаю, что много людей, много волонтёров сейчас узнают и интересуются жизнью инвалидов. Также Елена написала, что, действительно, эфир прошёл очень быстро, потому что было интересно в понедельник.

О. ШЕВКУН: Да, кстати, есть ещё одна причина, по которой наши эфиры ограничены по времени. Была одна книга, которую я очень любил в юности, которую я люблю до сих пор. Я не знаю, знакома ли она нашим современным слушателям и зрителям? Хотя, наверное, знакома – «Маленький принц».

Н. ИВАНОВА: Конечно.

О. ШЕВКУН: Помнишь Лиса в «Маленьком принце»?

Н. ИВАНОВА: Конечно. Я его читала в сознательном возрасте буквально недавно. С детства не помнила, но сейчас перечитывала два раза и подчёркивала себе и выписывала себе разные фразочки, постила в Инстаграме.

О. ШЕВКУН: Там, среди цитат Лиса, а на самом деле, конечно, среди цитат Экзюпери, есть такая штука: он говорит Маленькому принцу о том, что Маленький принц должен будет приходить к нему на место встречи каждый день, по-моему, в четыре часа, именно в четыре часа, в одно и то же время. И дальше он говорит: «А если ты будешь приходить каждый раз в разное время…

Н. ИВАНОВА: Я не буду знать, когда тебя ждать.

О. ШЕВКУН: Да, конкретнее: «Я не буду знать, к какому времени готовить сердце». Мы предполагаем, что человек, который сел слушать или смотреть «Тифлострим», знает, что у него есть 59-60 минут, он эти 59-60 минут может нам дать. Если в каком-то выпуске будет 70 минут, в каком-то – 80 минут, то наш зритель или слушатель не будет знать, к какому времени готовить сердце.

Н. ИВАНОВА: Интересно узнать – когда вы слушаете стрим, чем вы занимаетесь в это время? Вы же планируете, что вы будете делать?

О. Шевкун: Rin Rin гладит бельё. У нас ещё был слушатель, который всё время писал о том, что во время стрима он пьёт коньяк. Я так полагаю, что лучше гладить бельё. Расскажите, чем вы занимаетесь, если для вас это такая фоновая штука? Ну явно же вы не бросаете всё  и не садитесь для того, чтобы смотреть или слушать. Да, мы говорим сегодня об ошибках. Мы спрашиваем вас о том, как вы исправляете свои ошибки. Мне вспоминается история, которая, на самом деле, не была ошибкой. Я расскажу эту историю, потому что многие годы люди, которые даже были к этому причастны, считали её какой-то неправильной, какой-то ошибочной. Но сначала, Наташа, вопрос к тебе. Ты когда-нибудь слушаешь аудиокниги?

Н. ИВАНОВА: Я пыталась их слушать в машине, но потом поняла, что я ничего не усваиваю. Потому что это обычно бывает в городе, в городе очень тяжело ехать, потому что все слева и справа пытаются побибикать, что-то сказать, вставить какие-то комментарии. Читаю сейчас комментарии Элиз, она пишет, что в первый раз на эфире.

О. ШЕВКУН: Элиз, а как вы нас нашли? Как вы сюда попали? Друзья, я вот сейчас думаю: у нас есть наши «Тифлостримы» по понедельникам, это действительно напряжённые эфиры с гостями и так далее. То, что происходит сегодня, всё-таки, тоже надо. В понедельник у нас нет для этого возможности, нет для этого времени. Может, нам как-то сделать дополнительный эфир? Я бы хотел, чтобы делали другие участники. Может быть, нам сделать таким образом с Наташей, но не знаю, есть ли смысл или нет?

Н. ИВАНОВА: Елена Васильева пишет: «Готовлю рассылку о мероприятиях фонда», Елена Огородникова пишет: «Я сижу с руками на клавиатуре у телефона, поскольку смотрю стрим с телефона». Это очень приятно для нас, лично для меня очень приятно, что вы готовитесь, что вы ждёте и слушаете и конкретно с нами сейчас онлайн даёте свои комментарии.

О. ШЕВКУН: Я всё-таки расскажу первую из трёх историй, которые я сегодня собирался рассказать об ошибках, которые оказались не ошибками. Так вот, аудиокнига, говорящая книга. Ты знаешь, как в России, вернее, тогда ещё в Советском Союзе, появились первые аудиокниги? С чего всё началось?

Н. ИВАНОВА: Если честно – нет.

О. ШЕВКУН: Это было очень давно, в 1961 году. Был такой человек звали его Анатолий Васильевич Вержбицкий. Анатолий Васильевич был зрячим человеком, работал в библиотеке для слепых. В России тогда только начали появляться массово магнитофоны. На Западе уже были аудиокниги для слепых, у нас тогда ещё этого не было, и интернета, чтобы быстро узнать о современных инновациях, тоже не было. Анатолию Васильевичу пришла в голову мысль: а что, если начитывать книги, делать такие говорящие книги для слепых? Берём какой-то рассказ, повесть, роман и начитываем.

Н. ИВАНОВА: Я думаю, что говорящие книги не только для слепых, наверное.

О. ШЕВКУН: Дело в том, что тогда они родились, как книги только для слепых. Ни у кого больше в 1961 году их не было. Более того, администрация библиотеки, в которой он тогда работал, сказала: «Что за глупость! Кому это надо! Кто будет слушать эти самые аудиокниги!» Ему не дали возможности начитывать это в рабочее время, он стал начитывать книги по вечерам, он стал начитывать эти книги, когда руководство библиотеки было в отпуске. А потом руководство приходит из отпуска и смотрит: там уже есть книжки, есть читатели, которым эти книжки понадобились. Это были такие огромные магнитофонные бобины, каждая из них звучала минут по сорок всего, и небольшая повесть могла занять 4-5 таких бобин. Ему говорили: «Что ты делаешь?!» А он продолжал и начитывал, и рядом с ним появились другие люди, которые тоже начитывали. Появились слушатели, появились читатели. История, действительно, стала популярной. До 90-х годов двадцатого века аудиокниги (тогда это называлось «говорящие книги») были популярны у нас, прежде всего, среди незрячих. Появились другие магнитофоны, другие технические решения, потом компьютеры. И вот, в 90-е годы всё это взорвалось, в хорошем смысле.

Н. ИВАНОВА: Интересно, были какие-нибудь кассеты с книгами?

О. ШЕВКУН: Конечно, были кассеты с книгами, в 1985-86 годах они стали появляться для незрячих.

Н. ИВАНОВА: А диски сейчас продают?

О. ШЕВКУН: Сейчас продают, но сейчас вы можете и в интернете их слушать, сейчас вы можете их покупать. Но это потому, что когда-то один человек сказал: «Да, вы считаете это ошибкой, но для меня это важно, я буду это делать». И стал это делать.

Н. ИВАНОВА: Несмотря ни на что вообще.

О. ШЕВКУН: Да, он был просто уверен, что это нужно делать, этим нужно заниматься. Некоторые из тех, кто нам пишет, говорят: «Ребята, у вас в ваших программах не хватает одного, другого, третьего». Да, чего-то не хватает, но мы с Наташей и Таней будем этим заниматься.

Н. ИВАНОВА: А знаете, как Элиз нас нашла?

О. ШЕВКУН: Конечно, нет, иначе я бы не спрашивал.

Н. ИВАНОВА: А я вам расскажу. А я даже не знаю, что это такое – в AV3715. Что это такое?

О. ШЕВКУН: AV3715 или библиотека «Логос» – это электронная библиотека для слепых. Это библиотека, в которой действительно появляются наши материалы. Также спасибо администрации этой библиотеки: Александру Михайлову и Михаилу Корнееву. Очевидно, Элиз начала слушать нас в библиотеке, а потом узнала, что мы есть и в YouTube. Вот поэтому, Евгений, мы будем дальше и в Яндексе, и в Apple Podcast, и в Google Podcast, и в ВК, и в Tuning, и в библиотеке.

Н. ИВАНОВА: Алиса слушает нас лёжа, просто лёжа на диване, наверное. Степан пишет: «Из-за разницы с московским часовым поясом часто слушаю перед сном или во время утреннего завтрака». Интересно, откуда Вы, Степан, и какая у Вас разница по времени с нами?

О. ШЕВКУН: К счастью, сообщество незрячих не очень большое. Поэтому у меня есть некоторые предположения, откуда Степан. Он либо из Сибири, либо из Казахстана, но я могу и ошибаться. Раньше «Тифлострим» не выходил по средам, я боялся, что никто не будет слушать, а слушаете.

О. ШЕВКУН: Есть действительно серьезные ошибки, из которых нужно извлекать уроки. Вот наша ошибка, связанная со звуком, из которой мы решили извлечь уроки. Сегодняшняя наша работа и общение с вами и с Наташей – как раз результат той ошибки.

Н. ИВАНОВА: Да, действительно бывают такие ошибки. Вы знаете, однажды я делала проект дома своему очень хорошему знакомому.

О. ШЕВКУН: То есть, он дом строил, а ты дизайном занималась?

Н. ИВАНОВА: Да.

Н. ИВАНОВА: У меня действительно было мало опыта в строительстве. Я сделала планы, как я считала нужным. Я даже пришла к своему руководителю в институт. С ним проконсультировалась. Он сказал, что все хорошо. Вот, мы начинаем строить дом, закладывается первый этаж. Потом нужно закладывать балки перекрытия. Я их нарисовала. Балки эти почти что сделали. И вдруг каким-то случайным образом мы понимаем, что это все неправильно.  Представляете, какой у него был шок!

О. ШЕВКУН: Не представляю.

Н. ИВАНОВА: Хорошо, что это было в тот момент, когда не было второго этажа и был способ все исправить. Он мне позвонил ночью. Его осенило. Представляете, насколько для человека это была травма?

Олег ШЕВКУН: Дизайн был твой, правильно?

Н. ИВАНОВА: Конечно, я себя чувствовала виноватой. Я рыдала полночи. Мне было очень стыдно. Но теперь я знаю, что даже если меня разбудить ночью, то я начерчу балки перекрытий.

О. ШЕВКУН: А как тебе удалось перейти от самообвинения к позитиву? У тебя это в характере? Такое воспитание?

Н. ИВАНОВА: Да, наверное, я просто такой человек.  Я чувствую себя виноватой, но я не занимаюсь самобичеванием. Я понимаю, что любую ситуацию можно решить. Я стала обзванивать всех своих знакомых конструкторов, спрашивать, как сделать. С одной стороны, я могла бы сесть, расплакаться и сказать: «Ищи себе хорошего дизайнера, если я такой плохой, и не связывайся со мной больше!» Но, с другой стороны, я понимала, что я должна решить эту проблему, потому что если не я, то никто.

Олег ШЕВКУН: Знаете, какие бывают самые сложные ошибки? Это ошибки, когда ты понимаешь, что ты идешь не в ту сторону по жизни. Ну, например, ты пошел работать не туда, а ты там уже работаешь долго. Можно уволиться, но это сложно бывает. Или ты связал свою жизнь на какое-то время ни с тем человеком…

Н. ИВАНОВА: Мне кажется, это не ошибка.

О. ШЕВКУН: А что это?

Н. ИВАНОВА: Это урок, который нужно принять. Если ты не сделаешь из этого выводы, то ты и дальше будешь встречать людей-ошибок. Вам так не кажется?

О. ШЕВКУН: Наташ, я тебе расскажу еще одну историю. Как ты думаешь, чем она могла бы закончиться? Вот был один интересный человек. Он жил в Америке. Он был гонщик. Так вот, этот парень был победителем какого-то молодежного чемпионата по мотоциклам в Соединенных Штатах в семидесятые годы. Этот горячий парень приехал в Великобританию. Двадцать три года ему тогда было.  Вечером он сел за руль и поехал по дороге. Поехал по правой стороне улицы. В Великобритании левостороннее движение. Он поехал по встречной полосе и попал в лобовое столкновение. Парень этот был такой технически подкованный – любитель разной техники. Он мечтал дальше ремонтировать и совершенствовать мотоциклы. А тут столкновение. Осколки стекла попали ему в голову, в частности, в глаза. Он приходит в себя в больнице.

Н. ИВАНОВА: Какой ужас, плакать хочется!

О. ШЕВКУН: Ему тоже хотелось плакать, потому что он понял, что не видит. Вот, это был такой момент, когда казалось, что все закончилось. Человек этот еще был и верующим к тому же. Как ты думаешь, чем могла бы закончиться эта история? Два-три разных конца попробуй придумать.

Н. ИВАНОВА: Ну если не брать в расчет некоторые сказанные слова про то, что он был верующим и что страдал пятнадцать минут, то можно было бы предположить, что человек закончил жить на этом моменте.

О. ШЕВКУН: Он мог спиться, он мог покончить собой – все, что угодно.

Н. ИВАНОВА: Мне даже хочется порадоваться за этого человека. Господь дает нам все по силам. Поэтому я искренние рада. У меня такое чувство, что я посмотрела очень хорошее кино, которое заставляет жить.

О. ШЕВКУН: Кому-то из наших слушателей знакома эта история? Если в течение нескольких минут ее никто не расскажет, я сам расскажу.

Н. ИВАНОВА: Rin Rin не успела, наверное, подготовить белье для глажки и пишет: «Что за внезапный «Тифлострим?»

О. ШЕВКУН: Rin Rin, вы не подписаны на нашу группу в ВКонтакте.

Н. ИВАНОВА: Так что, подпишитесь!

О. ШЕВКУН: Если она не из Украины. Если из Украины, это будет сделать сложнее.

Н. ИВАНОВА: У вас ограничения?

О. ШЕВКУН: Да, там VK, и Yandex, и другие вещи блокируют.

Н. ИВАНОВА: Мне теперь хочется поприветствовать даже города: Омск, Великий Новгород, Сочи, Нарофоминск… Так, что еще?…

О. ШЕВКУН: А историю пока никто не дорассказал?

Н. ИВАНОВА: Сейчас. Я еще не дошла.

О. ШЕВКУН: Я понял. Я пока прочитаю одно письмо. Иногда то, что называют нашими ошибками, не просто не является ошибками… А впрочем, прочитаю письмо и скажу, что такие письма периодически приходят, и читать мы их не будем. Вот не будем. Сейчас одно письмо прочитаю и объясню, почему.

После передачи, в которой участвовал Армен Хатаян прислал письмо слушатель, которого зовут Юрий. Он пишет: «Очень прискорбно, что и сюда проникает эта либерастическая хрень. Огромное вам спасибо за обзоры тифлотехники и специальных возможностей различных приложений и гаджетов. Но не опускайтесь до обсуждения событий на уровне безграмотной школоты». Одно сообщение содержало, по крайней мере, два или три оскорбления. Вот, одно дело – писать и высказывать свое мнение. Вы бы могли написать, что вот не согласны потому-то и потому-то, сделать что-то обосновано. Вы написали сообщение, в котором решили просто поругаться. Я, как редактор проекта, не считаю ошибками то, что мы таких людей приглашаем. А вот оскорбления в любом варианте – это ошибка. Например, «безграмотная школота». Вот как вам?

Н. ИВАНОВА: Хочу также поприветствовать Краснодарский край, Казахстан (Астана). Слушайте, как нас много! Как же здорово! Как же приятно! Вообще я даже не думала, что настолько обширная программа…

О. ШЕВКУН: Я думаю, что она будет расти именно потому, что мы пытаемся учиться на ошибках, стараться использовать ошибки, как камень или, скажем, ступеньку для дальнейшего роста. Это, я думаю, полезный навык для каждого человека.

Ну, раз историю нам не дорассказали, тогда я могу ее дорассказать. Этот человек, находясь в больнице, задал Богу один вопрос. Вопрос этот, между прочем, из Библии, из книги Деяния Апостолов. «Господи, что повелишь мне делать?» И стал думать, стал искать. Это был конец семидесятых годов. Человек этот был технического склада ума.  Звали его Тед Хентер (Ted Henter). Ему рассказали о том, что незрячему человеку с компьютерами работать сложно. И вот Тед Хентер вместе со своими коллегами задался вопросом: что можно сделать, чтобы компьютеры стали доступны для незрячих. В то время уже велись разработки синтезаторов речи, но задача была еще и в том, чтобы экран недорогого компьютера сделать доступным для незрячих людей. Вокруг Теда сформировалась команда людей, команда единомышленников, и в результате появились программы, такие как JAWS, которые стали лучшим способом доступа незрячих людей к экрану компьютера. То есть он хотел делать что-то новое, он хотел заниматься техникой, он хотел покорять новые рубежи, – он стал это делать. Ну да, это уже не гонки на мотоциклах, но это рубежи.  Причем он потом шутил, говоря о том, что если бы он участвовал в гонках, то это была бы только его победа. А в данном случае он сделал что-то такое, что дало возможность стать победителями и другим людям. А что было бы, если бы он тогда не поехал по правой стороне!

Н. ИВАНОВА: «Пути Господни неисповедимы», говорят часто в таких ситуациях. Действительно удивительная история. Я сижу и внутри все так сжимается, когда слышишь такие истории…

О. ШЕВКУН: А рассказываем мы эти истории для того, чтобы, когда мы сделаем ошибку, мы подумали о том, что это не просто ошибка, а это, скорее, возможность для дальнейшего роста. Я обещал рассказать третью историю. Помните, мы говорили – три истории про ошибку?

Н. ИВАНОВА: И третья заключается в том, что…

О. ШЕВКУН: Знаешь, в чем штука, третья история есть у каждого из нас. Я не могу ее рассказать, поскольку история у каждого своя. У тебя одна история, у меня другая. Нам с Наташей очень хочется, чтобы это действительно было развитие, движение вперед. Ты ведь увлекаешься популярной психологией?

Н. ИВАНОВА: Немножко да. Это увлечение. Просто люблю читать.

О. ШЕВКУН: Наташа, что советуют психологи для преодоления ошибки? Как действительно превратить ошибку в возможность?

Н. ИВАНОВА: Психологи советуют много разных вещей.  Мне кажется, каждый случай индивидуален. Я недавно читала книгу Стива Харли, и там рассказывается про девушку и о том, почему у нее не получается строить отношения с парнями. Это настолько смешно, когда мужчина начинает описывать, как должна выглядеть девушка, непохожая на остальных! Он говорит, что у нее должны быть прямые темные волосы, у нее должен быть макияж. У нее должен быть определенный маникюр. Самое смешное то, что он говорит, что эта девушка не должна быть похожа на остальных. Ну, это я так в шутку сказала. Психология очень помогает и говорит о том, о чем я как раз-таки говорила на примере себя, что любая ошибка – это ваш урок. Если вы его не усвоите, то вы снова повторите эту ошибку, наступая на свои же грабли. В этом никто, кроме нас, не виноват.  Только мы сами решаем – ошибка это или урок. Если мы его примем, то, может быть, такого мы не совершим, или по отношению к нам не совершат каких-либо действий.

О. ШЕВКУН Мне очень нравится, как в конце эфира ты все-таки перевела это в первое лицо. Не «если вы не усвоите», а «если мы примем».

Это Наталья Иванова и Олег Шевкун. Пора завершать, правда ведь?

Н. ИВАНОВА: Да, спасибо. Слушатели нам ответили, что многим нравится, стрим замечательный.  Спасибо всем, кто был с нами сегодня!

О. ШЕВКУН: Всем пока!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *