Тифлострим. Выпуск 37. На свалку нельзя восстановить

Текстовая версия

Всероссийское общество слепых

Отправить на свалку? Или восстанавливать?

Если на свалку, то как быть с теми, кто реально вкладывает частичку своей жизни в работу с незрячими людьми в нашем обществе?

Ну, а если восстанавливать – то как быть с заскорузлой структурой и засидевшимся руководством этой старейшей в России организации незрячих?

Размышляем вместе со слушателями и зрителями

А заодно – дослушиваем интервью Анатолия Майданова, более двадцати лет возглавлявшего Совет работников интеллектуального труда при Центральном правлении ВОС

Ведущие: Наталья Иванова, Татьяна Крук, Олег Шевкун

«Тифлострим». Не только для незрячих

 

Олег ШЕВКУН: Вот так, друзья, «Тифлострим» еще и по средам. Наталья Иванова. Наташ, привет!

Наталья ИВАНОВА: Здравствуйте, дорогие друзья! Здравствуйте, Олег!

О. ШЕВКУН: Расскажу о некоторых наших новостях. Неделю назад мы сказали о том, что нам нужна помощь, нам нужна финансовая, материальная поддержка. И мы подчеркнули, что это не то, что, знаете, «проект не будет работать, если вы не поддержите». Это не то, что вот «все плохо, поэтому поддерживайте». Это совершенно не о том. Это о том, что для дальнейшего развития действительно очень полезна была бы ваша поддержка. В частности, мы говорили о том, что нужно будет приобрести новый компьютер. Многие из вас, друзья, многие из наших слушателей, наших зрителей уже откликнулись на это предложение. Я пока не буду озвучивать конкретных сумм. Я думаю, что через неделю-две мы их озвучим. Но люди пишут на адрес stream@tiflo.info, люди пишут также мне ВКонтакте личными сообщениями и говорят: «Мы хотим вас поддержать!». Так что такая история продолжается, такая история развивается. И это действительно очень-очень здорово. Друзья, спасибо вам! Еще одну вещь открою для того, чтобы вам, друзья, было понятно, какие люди здесь работают. Наташа – педагог. Она работает с детишками, которым от четырех до 14 лет. Наташа договорилась на работе, чтобы во время наших эфиров ей не ставили занятия, чтобы она могла приезжать сюда, чтобы она могла вести эфиры. Но, начиная с сегодняшнего дня, ей поставили занятие с трех до четырех часов. Наташа приезжает сюда на эфир сразу после занятия. Сколько в дороге? 45 минут? 50?

Н. ИВАНОВА: Ну да. Около того.

О. ШЕВКУН: После эфира сразу убегает… Куда?

Н. ИВАНОВА: Туда же.

О. ШЕВКУН: Обратно на занятия. Вот для того, чтобы с вами пообщаться человек проделывает такой… Не знаю. Я бы, наверное, не стал. Вот честно.

Н. ИВАНОВА: Мне кажется, стали бы.

О. ШЕВКУН: Почему ты так решила?

Н. ИВАНОВА: Потому что сердце доброе у вас.

О. ШЕВКУН: Слава Богу! Теперь, к сожалению, мы переходим к такой прозе жизни, которая… Наташ, ты это пропустила, но я об этом расскажу. У нас позавчера был эфир, посвященный тому, что делать с Всероссийским обществом слепых. То есть, начали мы с разговора о специалистах интеллектуального труда, о специалистах с высшим образованием, которые работали или работают во Всероссийском обществе слепых. И выступавшие тогда люди, люди, которые участвовали в этом эфире, рассказали нам о том, как было когда-то, рассказали нам о том, как это стало рушиться. Ну и возник вопрос, который стали активно обсуждать наши слушатели. Вопрос, который я сформулировал следующим образом: «ВОС на свалку нельзя восстановить». И куда ставить запятую в этом предложении? «ВОС на свалку, нельзя восстановить» или «ВОС на свалку нельзя, восстановить»? Этот вопрос я поставил нашим слушателям. Об этом много говорили, об этом много писали. Мы даже голосовалку ВКонтакте запустили. И сегодня мы хотели бы услышать вас, ну и, кроме того, также исполнить обещание, которое осталось у нас с прошлого эфира – послушать оставшуюся часть беседы с Анатолием Степановичем Майдановым, который более 20 лет был председателем Совета работников интеллектуального труда. Собственно, вот это мы через пару минут и сделаем. А к вам, друзья, вот этот вопрос: ВОС на свалку, или восстанавливать? Что вы скажете? И, Наташ, пока, я думаю, ничего еще не говорят, да?

Н. ИВАНОВА: Пока еще ничего.

О. ШЕВКУН: Давайте тогда пойдем дальше и послушаем следующий наш кусочек. Это заключительный фрагмент беседы с Анатолием Степановичем Майдановым. Я спросил у Анатолия Степановича, а что делать? Как, с его точки зрения, изменить создавшуюся ситуацию? И знаете, то, что он сказал, с одной стороны, мне показалось интересным (я бы очень хотел, чтобы это работало), с другой – показалось каким-то несбыточным, что ли. Давайте послушаем этот кусочек!

(Начало аудиозаписи).

Анатолий МАЙДАНОВ: Мы почему так более или менее активно тогда работали и по широкому кругу проблем? Потому что были активные у нас сами люди. Было много у нас людей зрелого возраста, но которые, я уже говорил, там или инвалидами войны были, или после войны они стали инвалидами, но у которых было желание добиться хороших успехов в своей жизни. То есть, найти себе работу, трудоустроиться. И это желание было очень сильное. Оно как раз и было таким двигателем активности наших людей. Сейчас я меньше общаюсь со студентами, но представление у меня такое, что такой активности сейчас нет. Наш Совет почему активно работал, успешно более или менее? Потому что мы постоянно обращались к Центральному правлению, выдвигали всевозможные проблемы, старались вместе с ними решать эти проблемы. Находились всегда люди, которые занимались. Одни занимались теми проблемами, другие занимались другими проблемами. И вот эта вот активность, она была фактором успешной работы всего Совета. Это вот одно. Теперь второе. Трудности были у нас, прежде всего, с получением информации. Тогда это можно было делать только с помощью Брайля или с помощью магнитофона. Других источников фактически не было. Ну, надо было обращаться, значит, к зрячим людям. Сейчас источников информации стало намного больше. Но вот то, что стала более доступной информация незрячим людям, это как раз снизило активность, потому что теперь меньше потребности у людей обращаться в библиотеку, устанавливать контакты с другими незрячими специалистами, что раньше было широко распространено. Так что сейчас нужно как-то приобщать людей к пользованию не только интернетом в крупных городах, там, где они могут получить компьютер и другую технику, вспомогательную, а нужно добиваться того, что эта компьютерная техника была как можно более широко распространена среди незрячей интеллигенции. Это вторая задача. Теперь еще какая работа. Работа по обмену опытом. Стали обрываться контакты между незрячими специалистами. Личные контакты, которые крайне важны для их работы. Они же должны еще опытом обмениваться. Сейчас такая работа, по-моему, ведется слабо. Значит, эту работу надо вот наладить. То есть, увеличить объем контактов между специалистами. Ну, и конечно, активнее сотрудничать с самим Обществом слепых. Мы работали постоянно в каком-то контакте с Центральным правлением, с областными, местными правлениями. Это нам помогало ставить вопросы остро перед ними, вводить их в курс наших дел, которых много и которые им, как правило, особенно незнакомы. Тогда они охотнее нам помогали. Такое сотрудничество надо и сейчас налаживать с Центральным правлением. Активизировать даже это Центральное правление и самим быть более активными и более инициативными.

(Завершение аудиозаписи).

О. ШЕВКУН: Анатолий Степанович Майданов говорил о том, как, с его точки зрения, решить проблемы Всероссийского общества слепых. Что вы скажете об этом? Люди, активность, шевелить Центральное правление, доносить до него информацию, которое оно не знает, говорить ему о тех проблемах, о тех задачах, которые перед нами стоят. Насколько, с вашей точки зрения, все это реально? Пишите, пожалуйста, в комментариях; Но комментариев-то было много уже после прошлого эфира. И, Наташа, давай посмотрим некоторые из них. Что там нам писали. Например, от Александра Яшина. Ну, как обычно, Александр пишет хорошие, подробные комментарии. Что на сей раз?

Н. ИВАНОВА: «Иногда мне советуют вступить в ВОС, но я не могу. Мне, знаете ли, совесть не позволяет. Противно быть в организации, которая почти ничего, кроме всякого рода концертов, не делает. Практической пользы в этих концертах почти нет. Одно дело, когда культурная жизнь сопровождается еще чем-то. А когда кроме этого почти ничего, это грустно…».

О. ШЕВКУН: Внимание! Это вопрос к Саше Яшину и ко всем остальным тоже. Саша пишет: «Практической пользы в этих концертах нет». А вот человек, который не мог нигде выступить, который не мог никак реализоваться. И он выходит на сцену местного Дома культуры или даже всероссийского Дома культуры и поет, и играет, и читает стихи. И 300, 400, 500 человек его слушают, а потом еще в записи слушают. Саша Яшин, а ты думаешь, это плохо? Ты думаешь, вот этому человеку не надо? Как насчет практической пользы? И ко всем сразу этот вопрос. Я, кстати, предупреждаю вот о чем: я сегодня буду таким немножко ершистым. Вы пишете, вы будете писать в комментариях, я надеюсь, я буду противостоять и той, и другой стороне. К концу эфира объясню, почему. Наташ, что дальше?

Н. ИВАНОВА: «…Курсы и прочее держится буквально на нескольких людях, что в Москве, что в регионах. В трудоустройстве Общество фактически не помогает, если ты не массажист, музыкант или оператор…».

О. ШЕВКУН: Согласитесь или поспорите? «В трудоустройстве Общество практически не помогает, если ты не массажист, музыкант и оператор». Остальным не помогает. Согласитесь или поспорите?

Н. ИВАНОВА: «…Редко когда предлагаются другие вакансии. С разного рода санаториями тоже, как я понимаю, не все гладко. Думаю, продолжать не стоит. Одна отдушина – центр в КСРК, занимающийся доступностью и устройствами…».

О. ШЕВКУН: Культурно-спортивный реабилитационный центр Всероссийского общества слепых на улице Куусинена, 19 в Москве. Вот это отдушина, Саша.

Н. ИВАНОВА: «…Собственно, это единственное, что хоть как-то показывает работу. Но снова: работу конкретных людей, а не ВОС в целом».

О. ШЕВКУН: Для вас, Саша, это действительно так, потому что вас интересует доступность. А как быть с людьми, которых интересует самодеятельный театр? Вы скажете: «Ну, он не очень высокого качества». Но он их интересует все равно. А может быть, и довольно высокого качества. Как быть с людьми, которых интересуют турниры поэтов? Вы скажете: «Но от этих ВОСовских поэтов иногда плохо становится». Я вспоминаю себя в юности. Читал как-то в журнале «Наша жизнь». На всю жизнь осталось. Это был какой-то поэт ВОС. Наверное, 90-х годов, может быть, даже 80-х. Вот такие стихи были: «Я тебя бесконечно люблю. Это чувство понятно немногим. Запах тела твой жадно ловлю, словно пес у проезжей дороги». Я вот сидел, и я не знал… и это было серьезно. Вот такие перлы периодически появляются. Но людям это нравится. Людям нужно самореализоваться. И что же? Отказывать в этих возможностях самореализации что ли?

Н. ИВАНОВА: Я думаю, что конечно, есть плюсы и минусы, как и везде.

О. ШЕВКУН: Давай посмотрим дальше и комментарии, и те письма, которые нам пришли.

Н. ИВАНОВА: Сейчас уже Елена Огородникова нам отвечает: «Пока в ВОСе будет иждивенческая потребность у членов организации, ничего не изменится».

О. ШЕВКУН: А что значит «иждивенческая потребность», Лена Огородникова? Вот ты как это понимаешь? Для тебя это что? Типа «сделайте мне красиво!» – вот это иждивенческая потребность? Хотелось бы тоже об этом услышать.

Н. ИВАНОВА: Дальше она пишет: «…принципы «все мне должны» и «все вокруг мое» пока в Обществе превалируют. Увы!»

О. ШЕВКУН: Ну, наверное, да. Но все-таки. Смотрите, человек приходит и говорит: «Ребята, мне нужна помощь в трудоустройстве», «Мне нужна помощь в выборе диктофона». Вот он имеет право надеяться от Общества получить эту помощь или нет? Или это иждивенческие настроения? Что скажете?

Н. ИВАНОВА: Также Елена соглашается, что с трудоустройством в Обществе большие проблемы.

О. ШЕВКУН: Я помню свой разговор с руководителем отдела, который я считал отделом трудоустройства. Это отдел, который существует в аппарате управления Центрального правления ВОС. Я говорю как-то его руководителю Константину Лапшину: «Кость, смотри, но ведь твой же отдел – это отдел трудоустройства». «Нет-нет-нет, – он говорит. – это отдел исследования возможности трудоустройства». Это не то, что вот взять и трудоустроить людей. Это – исследовать возможность трудоустройства этих людей. Согласитесь, это совершенно разные понятия! Но все-таки, даже этот отдел, ведь что-то полезное он делает? Ведь кого-то он трудоустраивает? И что? На этом основании все перечеркивать что ли?

Н. ИВАНОВА: Я думаю, что хорошо, когда ставятся цели большие, потому что чем больше цели будешь ставить, какие-то потребности свои завышать, тем больше ты будешь достигать. Поэтому я думаю, что очень хорошо, что вы вообще говорите про какие-то проблемы и не соглашаетесь с тем, что все хорошо.

О. ШЕВКУН: Какая цель выше: трудоустраивать людей или исследовать возможности трудоустройства? Я вот не знаю. Просто не знаю. Давай вернемся к письмам.

Н. ИВАНОВА: Анастасия Лаврентьева: «С деньгами, пусть и бюджетными, у сегодняшнего ВОС не было бы проблем, если бы господин Неумывакин и ему подобные не разворовывали. Скоро уже не то что в аренду сдадут все наши здания, скоро их вышеупомянутые личности продадут за баснословные деньги, которые также пойдут в карманы представителям-маразматикам, и так же будут они высокомерно смотреть на нас, когда мы придем к ним решать проблемы, находящиеся в их ведении. И, скажем, господин Лапшин заявит слепому, желающему быть полезным обществу, что нормально зарабатывать для него, слепого, и тысячу».

О. ШЕВКУН: То есть, ну как бы тысяча рублей, или там девять тысяч, десять тысяч рублей – это вот для незрячего человека нормальная зарплата? Конечно, это совсем не нормальная зарплата. Но опять-таки, я просто про сложность вопроса. Смотри, Насть, ты говоришь о том, что ну вот, они кладут себе в карман и т. д. Сейчас представители ВОС нам могут сказать: «А покажите, что мы кладем это себе в карман! А посмотрите на те мероприятия, которые проводятся! Посмотрите на те задачи, которые мы решаем!» А Настя скажет: «А я не верю!». А представители ВОС скажут: «А нам все равно». И что? Разговор не получился.

Кстати, тут интересный момент. Вот вопрос, который я поставил в заголовке эфира «ВОС на свалку нельзя восстановить». У нас было голосование ВКонтакте. И гораздо больше людей, две трети говорят о том, что восстанавливать. Остальные, одна треть, говорят о том, что на свалку. Но комментарии написали, прежде всего, знаешь кто? Кто считает, что на свалку. Те, кто говорят, что восстанавливать, – они молчат. Как восстанавливать? Что с этим делать? Даже почему восстанавливать? Они молчат. Те, кто говорят, что на свалку, звучат очень громко. Ну, потому что они не забывают писать, не забывают комментировать. Давай посмотрим, что еще есть?

Н. ИВАНОВА: Елена Васильева сейчас пишет: «А если хочешь делать, а помощь не нужна?»

О. ШЕВКУН: Тогда делай! Вот тогда, наверное, тебе действительно не нужен ВОС! Когда к нам приходят и говорят: «Слушайте, а давайте мы вам поможем!». А давайте – нам не надо. То есть, как вам не надо? А вот так! Нам просто не надо!

Н. ИВАНОВА: Александр Супрунов пишет: «Олег, все должно быть комплексно. Даже в названии есть слово «общество». К примеру, задача по социализации слепых и прививанию правильного восприятия слепых обществом не решается совершенно».

О. ШЕВКУН: Подождите, Александр! А вот, допустим даже, пресловутое чаепитие в местной организации, концерт, который проводится, выезды, которые проводятся, экскурсии, которые проводятся… Вы говорите: «Задача не решается». А тогда вот это все что? Александр, напишите в комментариях. Потому что опять мне очень хочется, чтобы эти вопросы мы обсуждали, но мне хочется также, чтобы эти вопросы мы обсуждали без просто криков типа «Организованная преступная группировка» и т. д. Но чтобы мы действительно рассматривали разные стороны. Вот давайте посмотрим. Вы говорите: «Не обсуждается, не делается». и т. д. А я говорю: «Чаепития, конкурсы, поездки, фильмы с тифлокомментариями, которые распространяются». Вся вот эта социокультурная реабилитация. Ну как же не решается, Александр?

Н. ИВАНОВА: Александр Довиденко в прошлом эфире писал: «Страшно подумать, меня еще на свете не было, а Неумывакин уже правил! А ведь мне почти 33 года».

О. ШЕВКУН: Александр Яковлевич Неумывакин возглавил Всероссийское общество слепых еще, если мне не изменяет память, в 85-м или 86-м году. Если говорить о руководителях страны, он пережил на своем посту Михаила Сергеевича Горбачева (потом, соответственно, рухнула и страна), он пережил Ельцына. Путина он не пережил, но потом был еще Медведев. Потом был опять Путин. И на протяжении всего этого есть Александр Яковлевич Неумывакин. Кстати, как вы относитесь к этому человеку? Потому что личность он ведь тоже весьма неоднозначная. Все-таки, столько удержаться на посту… Извините, но полный идиот этого сделать бы не мог. С другой стороны, я помню, как мне приходилось… Да даже нет, не приходилось, я добровольно это делал… Я редактировал записи выступлений Александра Яковлевича Неумывакина, чтобы они приличнее звучали. Мы убирали оттуда паузы, мы убирали оттуда несуразицу. Мы делали, чтобы это все было красиво. А надо ли? Может быть, Общество действительно должно знать, как на самом деле, а не без приглаживаний, говорят, и как на самом деле думают его лидеры, настолько, насколько это возможно узнать?

Н. ИВАНОВА: Алексей Викторов: «В советские времена было то, се. Для этих товарищей, уж простите, раньше и вода была мокрее. Сегодня другие условия, другая ситуация. Что сейчас делать? Простите, нафталин».

О. ШЕВКУН: Да, это имеются в виду наши гости, которые были у нас в прошлом эфире. Тут вот какая интересная вещь: ведь о прошлом эфире тут, с одной стороны, многие из вас говорили о том, что «ну как, это не интересно, это скучно». С другой стороны – просмотров у этого эфира больше, чем у эфира ну, например, с тифлопедагогами. Тут мне уже сказали: «Значит, вот в прошлый понедельник были девушки, теперь – дедушки». Я тогда спросил: «Кто вам лично был интереснее?»

Н. ИВАНОВА: Кристина Тельпук сейчас пишет нам: «Я не знаю, для чего мне нужно ВОС. Я не чувствую потребности в сомнительной реализации, которую оно предлагает. Жителей маленьких городов можно понять: им податься некуда. А в больших достаточно вариантов для досуга и возможностей их реализации вне искусственной «песочницы».

О. ШЕВКУН: А я тебе скажу, например. Мне просто интересно, что ты ответишь на это, Кристина. Тебе нужен ВОС для того, чтобы помогать людям, для того, чтобы помогать молодежи, для того, чтобы помогать тем, кто не знает, куда идти. Я даже тебе скажу. Смотри, ты задаешь вопрос: «Для чего мне нужен ВОС?» Но ты, Кристина Тельпук, со всеми своими навыками, со всеми своими способностями, нужна Всероссийскому обществу слепых. И, не приходя туда, ты его просто, извини, обкрадываешь. Что ответишь, Кристина?

Н. ИВАНОВА: Елена Огородникова отвечает Кристине: «Я являюсь жителем маленького населённого пункта, но мне не интересны вот эти чаепития в ВОСе».

О. ШЕВКУН: Хорошо, Лена, но, кстати, вы ведь активно работаете в ВОС, вы участвуете в самодеятельности, вы ездите на мероприятия. То есть, в жизни Общества есть что-то такое, что вам действительно интересно. Правильно? Постарайтесь заинтересовать Кристину, да и других. Напишите в коротком комментарии, что именно вам интересно.

Н. ИВАНОВА: Армен пишет: «Не вижу других кандидатов, кроме Неумывакина. Добрый вечер, посиделки, концерты и выезды – это всё та же слепо-песочница и, соответственно, никакой социализации нет в широком её понимании».

О. ШЕВКУН: Так, то есть мы с вами только что уточнили термины, потому что Армен говорит о социализации, как о включении зрячих людей, как о сотрудничестве со зрячими людьми, когда незрячие и зрячие делают что-то вместе. Кстати, здесь, в «Тифлостриме» – это одна из редакционных задач, один из редакционных приоритетов, чтобы на всех уровнях, я подчёркиваю, на всех уровнях подготовки этой передачи и других наших программ, зрячие и незрячие работали вместе, чтобы как раз вот такую «песочницу» не создавать. Теперь вопрос, Армен…

Н. ИВАНОВА: Прошу прощения, это Вадим был.

О. ШЕВКУН: Хорошо, Вадим, а может быть, прийти в местную организацию и сказать: «Слушайте, а давайте-ка мы сделаем такую вещь: мы пойдём по нашему району познакомимся с соседями!». То есть, дать местной организации идею такой социализации. Получится, не получится, как считаете?

Н. ИВАНОВА: Елена Васильева пишет: «Из маленьких городов многие уезжают, а пожилые часто участвовать в мероприятиях не могут».

О. ШЕВКУН: Да, ну, как раз здесь-то вопрос: а кто придёт к пожилым? Вот мы с вами, сидя здесь, в этой студии, до пожилых, к сожалению, не доходим. Мне бы хотелось, чтобы тот же «Тифлострим», слышали люди, не очень подготовленные, не очень технически подкованные. Пока это не получается. Получается частично через библиотеку «Логос», например. Хотелось бы больше. До пожилых людей мы не доходим. А вот Общество, по крайней мере в идеале, доходит. Кстати, мне интересно, есть ли сегодня среди наших слушателей председатели или бывшие председатели местных организаций ВОС. Ну извините, люди, которые в этих траншеях работают. Работают напрямую с пожилыми и не пожилыми людьми. Если такие есть, напишите, пожалуйста. Тут уникальная вещь, на самом деле. Когда мы говорим: «ВОС на свалку»… а что председателя организации, который работает за пять или десять тысяч рублей, работает, по большому счёту, за идею, а вот что, его тоже на свалку? С другой стороны, когда мы говорим: «ВОС реформировать, ВОС переделывать, ВОС восстанавливать», – я смотрю на аппарат Правления, Центрального правления ВОС. Я не знаю, что там переделывать. Там увольнять надо. И вот поэтому на вопрос настолько трудно ответить.

Н. ИВАНОВА: Елена Огородникова пишет: «Очень хорошо и близко, по моему восприятию организация отражается в книге Викторова «Тифлобудущее»».

О. ШЕВКУН: Алексей Викторов, один из наших постоянных зрителей. Я читал «Тифлобудущее», кусочек. Да, честно говоря, я не был в особом восторге, но, по-моему, Алексей Викторов нам какой-то комментарий ВКонтакте оставлял. Я сейчас не уверен. То есть, да, действительно, вопросов, на самом деле, много. С другой стороны, были комментарии о том, что «ну вот я пытался что-то делать…» Сергей Сырцов об этом писал.

Н. ИВАНОВА: Сергей Сырцов: «Руководство ВОС и так ведёт организацию на свалку, в этом собственно, их проблема. Хочу ли я помогать Неумывакину и компании в этом деле? Нет, не хочу. И мне жаль, что это происходит прямо на наших глазах…».

О. ШЕВКУН: А помешать можете? Сергей Сырцов, мы с вами можем в этом деле помешать?

Н. ИВАНОВА: Сергей Сырцов продолжает: «…А готов ли я бороться за восстановление ВОС? Нет, не готов, потому что, по-хорошему, ничего не восстанавливается. Это проверено на личном опыте. Я до сих пор член местной организации. И поначалу, в 2015 году, была мысль, что вот приду, весь такой современный и инициативный, – и оно завертится. Если коротко, я пришёл, но завертелось только то, что я и мои единомышленники организовали сами. (Смотреть выпуск 19 августа)…».

О. ШЕВКУН: Да, это как раз проект «Опиши мне» и «Люди. События. Творчество». То есть, вся эта история, которую мы все уже знаем. Вот она завертелась.

Н. ИВАНОВА: Сергей Сырцов продолжает: «…А восстанавливать ВОС, скандалить, судиться, добиваться этого самого восстановления я действительно оказался не готов. Мне думается, что пользы будет больше, если я потрачу это время и силы на что-то более содержательное, на реализацию инициатив, которыми я и мои единомышленники занимаемся. Верю ли я в саму возможность некоторого восстановления ВОС? Посмотрев на ВОС, пусть и на местном уровне, но всё-таки изнутри, – нет, почти не верю. Более реалистичным сюжетом мне представляется создание ассоциации некоммерческих организаций, занимающихся содействием интеграции инвалидов по зрению в общество».

О. ШЕВКУН: То есть, альтернатива. Альтернатива из небольших организаций, которые объединяются, которые начинают работать вместе. В частности, в Нижнем Новгороде есть организация, которая называется «Камерата», которая этим и занимается. Есть и другие организации.

Н. ИВАНОВА: Да. Про это как раз-таки тоже говорит Сергей Сырцов. Он пишет: «…Такие организации появляются в разных регионах и не плачут по былым временам, а, наоборот, работают в тех условиях, какие есть. Наиболее известный и показательный пример – Нижегородский центр «Камерата».

О. ШЕВКУН: Интересно, кстати, что Нижегородский центр «Камерата» вырос, на самом деле, из активистов ВОС. А центр, в своё время… Я не знаю, основывала ли его или руководила поначалу Ирина Николаевна Зарубина, которая главный редактор журнала «Диалог». Действительно, многие из таких инициатив растут из деятельности разочаровавшихся в ВОС активистов. Разочаровавшихся, но готовых продолжать что-то, создавать что-то и делать что-то новое. Может быть, это действительно путь?

Н. ИВАНОВА: Сергей Сырцов: «…Когда таких жизнеспособных организаций станет больше, то сообща удастся решить задачи в масштабах страны и вопрос о судьбе ВОС просто утратит актуальность».

О. ШЕВКУН: Ну да, потому что Общество просто не сможет конкурировать с этими организациями. Понимаете, я на самом деле, напрягаюсь от двух точек зрения. Зря, может быть, эта моя напряжённость. Может быть, она необоснованна. С одной стороны, я напрягаюсь, когда говорят: «Да всё там хорошо! Да не трогайте вы их! Да делают они там важные вещи!». Нет-нет-нет, там многое не хорошо. Многое нуждается в переменах. Там многое даже не очень соответствует тому Уставу, который принят.

Н. ИВАНОВА: Кристина Тельпук пишет: «Олег, помогать в чём? Ставить самодеятельные спектакли?»

О. ШЕВКУН: Например, преподавать немецкий язык. Вот организовать пожилых людей, сказать им: «Давайте изучать немецкий!». Но понимать, что они не будут блестящими специалистами по немецкому, но по крайней мере, “O Tannenbaum” они споют. Кристина, готова? Или ты считаешь, что это, в принципе, не надо? Или если надо, то не тебе этим заниматься?

Н. ИВАНОВА: Армен пишет: «Боюсь, что мой комментарий был не понят без контекста песни Дианы Гурцкая. Это про Кандидата Неумывакина».

О. ШЕВКУН: А вот я, кстати, не знаю последнюю песню. Наташа, ты следишь за творчеством?

Н. ИВАНОВА: Если честно, нет.

Елена Огородникова пишет: «Мне интересны более широкомасштабные мероприятия, подразумевающие, в том числе, общение с близкими по духу. Ну, и на всероссийских можно выбрать площадку, больше близкую тебе».

О. ШЕВКУН: Опять мы говорим, значит, смотрите: «ВОС на свалку». Хорошо, а вот встретились триста, четыреста человек, нашли там двадцать, тридцать человек друг друга. Нашли пять, десять. А если бы «ВОС на свалку», то эти люди вот так бы и не встретились. Готовы после этого отправлять на свалку, если да, то, где альтернатива? Понимаете, я взял сегодня этот вопрос на обсуждение, потому что меня он тоже волнует. И декларация – это одна история, а потом начинаешь думать, а что растёт, что произрастает из этих декларативных утверждений?

Н. ИВАНОВА: Вадим Чагин пишет: «А вот вопрос, как заинтересовать зрячих в незрячих? Смотря на большую часть членов ВОС, я понимаю, что это сложная задача».

О. ШЕВКУН: Кстати, интересная история! Значит, смотрите друзья, рядом со мной сидит Наташа, которая, я так понимаю, что за три-четыре недели сотрудничества с каналом Tiflo.Info о незрячих узнала больше, чем за последние пару лет.

Н. ИВАНОВА: Вообще за всю свою жизнь, я вам больше скажу.

О. ШЕВКУН: А скажи, пожалуйста, не скрывая, как есть, как нам, ведущим канала Tiflo.info, удалось тебя заинтересовать в незрячих? Или мы тебя не заинтересовали в незрячих, произошло что-то другое? Почему ты сюда приходишь?

Н. ИВАНОВА: На самом деле моя мама с детства рассказывала мне такую страшную историю, как у её подруги дочь потеряла зрение полностью. Она закрылась, сидела дома и не подпускала к себе вообще никаких людей. Я не знаю, что сейчас с этой девушкой, но я эту историю запомнила на всю жизнь и очень часто к ней почему-то в мыслях возвращалась. И больше о незрячих я ничего не знала. И когда я увидела всех вас, я подумала, что вы не такие. Вы другие. Вы не сидите дома, не закрываетесь. И не нужно. Вот какой-то такой… Не испытываешь какого-то дискомфорта. Всё больше и больше с вами чувствую себя так комфортно. Мне очень интересно узнавать тоже. Даже новости про ВОС, я немножко не в курсе, но всё равно, это настолько, мне кажется, интересная тема! А это не только по поводу ВОС, многие организации, которые сейчас утрачивают свою какую-то силу, даже государственные какие-то органы…

О. ШЕВКУН: То есть, ты к тому, что мы в этих проблемах не одиноки?

Н. ИВАНОВА: Вообще.

О. ШЕВКУН: Вот! Друзья, потому что, смотрите, а почему здесь, в «Тифлостриме», важно взаимодействие зрячих и незрячих? Мы часто приходим к одной мысли: те проблемы, те тенденции, те задачи, которые для нас актуальны, как оказывается потом, актуальны и для других людей. Ну, например, человек говорит: «Я стесняюсь себя, потому что я не вижу или плохо вижу». А другой говорит: «Я стесняюсь себя, потому что я на пять килограмм тяжелее». Тут то же самое. Но обратите, пожалуйста, внимание на то, что сказала Наташа. Вот она говорит, что слышала историю про незрячего, который не выходил из дома. Это всё, что эта современная девушка XXI века знала про незрячих. Вот всё.

Н. ИВАНОВА: У меня щёки покраснели. Мне стыдно.

О. ШЕВКУН: Нет, это не про тебя. Это про то, что происходит вокруг.

Н. ИВАНОВА: Но, на самом деле, я же с этого и начинала, что действительно какого-то контакта нет и вам вроде бы хочется искать контакт. И нам тоже хочется искать контакт. Но мы почему-то всё равно не контактируем. Странно, да?

О. ШЕВКУН: Честно!

Н. ИВАНОВА: Не хватает какого-то звена как будто бы.

О. ШЕВКУН: Я признаюсь, нам не всегда хочется искать контакт, ну потому что мы думаем: «Вот сейчас мы найдём контакт, и нас начнут за ручку водить и т. д.».

Н. ИВАНОВА: А мне казалось наоборот, что вы этого хотите.

О. ШЕВКУН: Чтобы нас за ручку водили?

Н. ИВАНОВА: Да.

О. ШЕВКУН: Так. Веди меня за ручку! Не поведёшь. И я не хочу. То есть, до того, как ты встретилась с нами, что вот незрячие хотят, чтобы их взяли…

Н. ИВАНОВА: Да, чтобы сюсюкались.

О. ШЕВКУН: Кстати, друзья, а знаете ли вы незрячих людей, которые вот в этой ситуации были? Человек, который сидит дома и никуда не выходит, вот реализация вот этой страшной детской истории, которая сидит в памяти у Наташи? Реальные события, не называя имён, потому что я таких людей знаю. Я такие истории встречал. Я знаю людей, которые прожили в этом состоянии полгода, год, и людей, которые в этом состоянии живут многие годы. И тогда вопрос: нужно ли Всероссийское общество слепых, чтобы этим людям помочь? Помогает ли оно таким людям? Это тоже очень серьёзная история.

Н. ИВАНОВА: Елена Огородникова пишет: «Я пыталась рассказать в местной организации про пользу смартфонов. Люди послушали без особого интереса. Были фразы, что «если бы бесплатно смартфоны давали»…

О. ШЕВКУН: Опять: «если бы бесплатно давали». А не дают бесплатно смартфонов. Кошмар какой, да? Что делать? Мне кажется, продолжать рассказывать. Я как-то говорил, что после того, как мы перешли на два эфира в неделю, у нас было несколько комментариев. Были комментарии: «Какие вы молодцы, как здорово!» А был комментарий: «А что только два раза? Сделали бы сразу пять раз!». Это всегда будет. Но, слыша такие комментарии, не нужно просто отходить и говорить: «Ребята, вы глупости просите. Я вообще ничего не буду делать!».

Н. ИВАНОВА: Кристина Тельпук: «Должна быть альтернатива у людей, несколько организаций». Ксения Блэйк отвечает: «Да, как в Великобритании, где несколько организаций объединяются, когда нужно решать общие задачи».

О. ШЕВКУН: Да, например, в тех же Соединённых Штатах Америки есть две большие организации для слепых. Есть люди, которые ни к одной из этих организаций не принадлежат. И там очень интересно. Эти организации когда-то были несколько различны. Они отличались друг от друга по философии. Сейчас какие-то отличия сохраняются, но их всё меньше и меньше. Национальная федерация слепых США (National Federation of the Blind, NFB), – это организация, которая исходит из того, что слепота – это не проблема. Слепота – это не инвалидность, слепота – это особенность. Этот постулат сформулировал когда-то бывший президент этой организации Кеннет Джерниган (Kenneth Jernigan). Слепота – это особенность. Слепой человек отличается от других, и в чём-то ему нужна помощь, но инвалидом, человеком с какими-то там проблемами его называть нельзя. И другая организация – Американский совет слепых (American Council of the Blind, ACB). У них другая философия. Слепые нуждаются в помощи, слепым нужно помогать. И находятся люди, которым ближе первая философия, и они говорят: «Да, мы независимые». Я думаю, что Кристина, Саша Яшин, пошли бы в такую организацию. Саша, может быть, вообще бы никуда не пошёл.

Н. ИВАНОВА: Взгляд Слепых: «А что делать с собственностью, которую так активно продают Неумывакин с товарищами? Позволить им разворовывать»?

О. ШЕВКУН: Вот! Они вам скажут: «Да какая это собственность! Это рухлядь!» А потом начинаешь смотреть и понимаешь, что есть люди, которые эту рухлядь покупают, приводят в порядок, и действительно, руководство организации распродаёт то, что наживалось слепыми на протяжении многих лет. Да, вот это большая и серьёзная проблема. Что делать, не знаю. Может, скажете? Некоторые говорят, что вообще не надо на это внимание обращать, на эту организацию. Другие говорят: «А как не обращать внимание»?

Н. ИВАНОВА: Вадим Чагин: «Пока ВОС не перестроился на современные реалии, на современный ритм жизни, тенденции и тому подобное. По моим ощущениям, он находится где-то там, в 1984 году».

О. ШЕВКУН: Конечно. Но дело в том, что и в обществе нашем, сегодня возникает вот эта потребность или этот запрос. Соглашаемся мы с ним или нет – это уже другой вопрос. Запрос некий на ретро, но не на такое нафталинное ретро, конечно. Посещение заседаний Центрального правления ВОС действительно напоминает посещение Политбюро, хотя я на них и не был никогда, но слышал, как это работает. Ну и организация, в которой мероприятия начинаются с того, что люди встают для исполнения гимна организации…

Н. ИВАНОВА: Алексей Лапшинов пишет: «Для меня Общество слепых оказалось полезным, потому что благодаря представителю нашего ВОС, я устроился на работу. Но мероприятия ВОС мне не всегда интересны, да и молодёжи у нас нет».

О. ШЕВКУН: Вот мы тут сидели и говорили по поводу того, что невозможно устроиться на работу, ВОС не помогает и так далее. Появляется Алексей Лапшинов и говорит: «Помогает».

Маленькое объявление и просьба к вам, друзья! Здесь у нас в «Тифлостриме» по средам мы говорим также о наших редакционных планах, о том, что будет в ближайшее время, о том, что мы планируем делать в этих эфирах. И вот в ближайший понедельник в «Тифлостриме» речь пойдёт о новостях тифлотехники и о новых проектах. 24 сентября во Владивостоке открывается форум Всероссийского общества слепых. Это, насколько я помню, первый дальневосточный, сибирский форум. Форум будет проходить на протяжении целой недели. Если среди наших зрителей и слушателей есть люди, которые будут на этом Форуме, и которые хотели бы поработать в качестве волонтёров как наши корреспонденты, то есть, рассказать, может быть, по телефону, может быть, в аудиоформате, может быть, в видеоформате о том, что там происходит. Если такие люди есть, напишите нам, пожалуйста, на электронный адрес: stream@tiflo.info.

Мы бы хотели 25 сентября в эфире что-то рассказать о Форуме неформально. Ну, мы, со своей точки зрения, хотели бы этот Форум как-то осветить. Более того, есть ещё одна мысль, я не обещаю, но, если среди вас найдутся люди, которые скажут: «А давайте сделаем прямой эфир из Владивостока!». Вечером это сделать невозможно, там большая разница во времени. Можем сделать эфир в двенадцать часов или раньше, но должны быть люди, которым это интересно. Напишите, и мы в ближайшие дни с вами свяжемся и договоримся о том, как этот Форум можно осветить, как этот Форум можно представить. Что-то пишут или нет?

Н. ИВАНОВА: Алексей Лапшинов пишет: «Молодёжь в ВОС не стремится, потому что завлекают их туда пожилые люди. Замкнутый круг. В Москве есть молодёжный отдел ВОС, там пытаются молодёжь привлечь. Чем больше молодых, тем меньше стагнации».

О. ШЕВКУН: Да, и молодёжный отдел работает. И опять-таки, я слышал разные вещи. Кто-то говорит: «Здорово, там и футбол, и всякие встречи!». Кто-то говорит: «Скучно!». Кстати, есть люди, которые скажут «скучно» всегда. Вот что бы ты не делал, всё равно будет скучно. К сожалению, такие люди тоже есть. И этих людей не привлечёшь ничем. Но, опять-таки, смотрите, одно дело – привлечь, а другое – чтобы человек там остался. Он может прийти и сказать: «Ох, классно!» А потом пройдёт, полгода, год и скажет: «Да не очень тут классно».

Н. ИВАНОВА: Александр Яшин пишет: «Лёша, ну что там делать молодёжи? Ну какие такие вещи могут предложить ВОС, которые не предложит другое место или учреждение?»

О. ШЕВКУН: На футбол пойти с тифлокомментарием, Саша Яшин. Я понимаю, что ты не футболист и не любитель футбола, но в принципе. Да встречу какую-то устроить. Кстати, года два назад мы пытались сделать большую встречу для незрячих переводчиков, для тех людей, которые работают в сфере перевода. К сожалению, у нас это не получилось по разным причинам. Но люди, с которыми мы связывались, говорили о том, что хорошо бы встретиться, потому что есть немало вопросов, которые нам в своём кругу было бы интересно обсудить. ВОС мог бы это сделать, но он этого, к сожалению, не делает.

Н. ИВАНОВА: Рин Рин пишет: «Я из дома не выходила несколько лет, но там дело не со зрением было, а другие психологические проблемы. И, кстати, я общалась с людьми с такими же проблемами, и среди них не было ни одного незрячего».

О. ШЕВКУН: И опять это то, о чём сегодня сказала Наташа: когда мы начинаем думать, что наши проблемы специфические, то да, иногда это так. Но зачастую потом выясняется, что эти проблемы есть и у других людей, совершенно зрячих людей. Мы не можем просто взять и сказать: «Мы вот уникальны». Нет, далеко не настолько уникальны.

Н. ИВАНОВА: Также отвечает Ксения Блэйк: «Людей, которые не выходят из дома, много. Причём везде. Это не зависит от страны, а от внутренних комплексов самого незрячего». У нас оживлённая идет беседа. Если можно, я почитаю. Александр Яшин пишет: «Нет реабилитологов нормальных, волонтёров. Иначе сделали бы больше. Руководители ВОС часто не знают, сами об этом говорили, что кто-то ослеп. Медицинские учреждения не передают такой информации».

О. ШЕВКУН: Да, так это вопрос законодательства. Они не имеют права передавать такую информацию по закону о личных данных. Опять-таки, не всё так просто и не всё так однозначно.

Н. ИВАНОВА: Кристина Тельпук: «Можно и без ВОС на футбол с тифлокомментарием сходить».

О. ШЕВКУН: Да, можно. Другое дело, что как об этом узнать. Ну, если захотеть, узнать можно.

Также Вадим Чагин: «Футбольная сходка и любая, ей подобная, не катит».

О. ШЕВКУН: Это для вас не катит, а для кого-то другого покатит. И еще как покатит. А то, что катит для вас, не покатит для кого-то ещё. Понимаете, какая штука. Я хотел бы, всё-таки, в качестве такого заключения тут кое-что сказать. «Тифлострим» – это один из тех новых проектов, которые есть, которые появляются именно потому, что мы хотим сделать что-то уникальное, что-то необычное, что-то такое, чего в других местах нет. Наш вопрос по поводу свалки или восстановления.

На свалку, – а что, тех активистов, тех председателей местных организаций, тех людей, которые в это вкладываются, – их тоже на свалку? Не получится. Восстанавливать, – извините, людей, которые сейчас в Центральном правлении ВОС? Там многое не подлежит восстановлению. Я не знаю выхода. Мне бы хотелось, чтобы внизу было пробуждение, а вверху смена руководства. Как это, я себе не представляю. Представляете если – давайте обсудим и сделаем.

Через несколько дней, в понедельник, говорим об iOS 13, о новой версии Android, о готовящейся новой версии JAWS, о новой версии NVDA, а также о двух новых программах. Одна из них позволяет быстро получать описания картинок, другая позволяет делать «мемы» доступными для незрячих. Ну, а 23 сентября, скорее всего, у нас в гостях будет Элишка Глуши вместе со своим мужем Зденеком и двумя собаками. Это «Тифлострим». Наташа Иванова и Олег Шевкун. Всем пока.

 

Тифлострим. Выпуск 37. На свалку нельзя восстановить: 2 комментария

  1. Очень показательный момент: в 32 выпуске Тифлострима Олег читал письмо с критикой поверхностных либеральных идей и большую часть ответа уделил собственным замечаниям автору за несдержанный стиль, в частности, слово “школота”, в выпуске же 37 прозвучало письмо с абсолютно сопоставимыми уничижительными формулировками про руководство ВОС, в частности, “маразматики”, но никаких замечаний по стилю и угроз больше такое в эфире не читать Олег не сделал, как в 32 выпуске.

    Ни для кого не секрет, что медийные продукты под редакцией Олега Шевкуна никогда не соответствовали принципу объективности и взвешенности по представляемым мнениям (от ангажированных материалов времён “Элиты Групп” до несбалансированных по позициям “Тифлочасов”), но вот ещё одно яркое доказательство из новейшей истории, теперь уже времён “Тифлостримов”. И всё бы нормально, если бы это была авторская передача для ретрансляции частного мнения, но Олег постоянно пафосно с апломбом заявляет, что он якобы журналист и представляет все мнения, однако по факту у него даже в отношении обычного хамства двойные стандарты, чего уж тут говорить о каких-то более существенных вопросах.

    1. Иван, если вы пытаетесь воззвать к совести Олега, то напрасно.

      Все прекрасно помнят намного более серьезные вещи, например, как Тифлочасы Олег собирал при помощи плагиата материалов с tiflocomp.ru, выдавая их за свои экспертные знания, что даже сам признал в прямом эфире одного из выпусков Кухни Радио ВОС, когда вопрос задали в лоб, но даже не извинился, просто съехав с темы на полуслове на какие-то шутки про времена в английском языке. Можете сами послушать в архиве передач Радио ВОС, чтобы оценить степень добросовестности этого человека в отношении программ, которые он делает.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *