Тифлострим. Выпуск 25. «ДиБрайль», «Explore 5» и стенд ВОС на выставке «Интеграция’19»

Текстовая версия

– Московский аукцион по закупке специализированного компьютера для слепоглухих людей: подробности от эксперта Сергея Флейтина
– Ручной видеоувеличитель Explore 5: впечатления Олега Шевкуна
– Стенд Всероссийского общества слепых на выставке «Интеграция 19»: рассказ Андрея Ивашкова, Валентины Плаксиной и Веры Вебер
– Встреча в Департаменте труда и социальной защиты населения г. Москвы: горячая новость от президента Фонда поддержки слепоглухих «Со-единение» Дмитрия Поликанова.
Всё это — в сегодняшнем «Тифлостриме»
Ведущие: Полина Иванкевич, Олег Шевкун
Дата выхода: 08.07.2019.

Полина ИВАНКЕВИЧ: Всем-всем привет!

Олег ШЕВКУН: Полина Иванкевич…

П. ИВАНКЕВИЧ: …Олег Шевкун. Всё, как всегда. Мы на месте. Это самое главное.

О. ШЕВКУН: Друзья, пишите, как нас слышно, как нас видно? На самом деле, неделя была нелёгкой. Неделя была интересной. Собственно, сегодня об этом также будем говорить. История, которая началась недели полторы назад с прибором «ДиБрайль», продолжалась на этой неделе. Полторы недели назад была первая госприёмка, которая потом оказалась совершенно не госприёмкой. А потом была госприёмка, которая оказалась госприёмкой. Буквально прямо сейчас проходит совещание, где, собственно, решается вопрос о том, что со всем этим делать дальше, потому что история – непростая.

П. ИВАНКЕВИЧ: Надеюсь, они что-нибудь решат.

О. ШЕВКУН: И если они решат во время этого эфира, мы уже договорились с президентом Фонда поддержки слепо-глухих «Со-единение», Дмитрием Поликановым, о том, что он позвонит нам и скажет об этом. И как только это случится, если это случится, мы прервёмся и обязательно его выведем в эфир.

Ну, а сегодня мы сначала расскажем эту историю. Потому что история – поучительная. Эта история про то, как наши люди, как незрячие люди фактически отстаивали и свои права, и права других людей. И я думаю, что этим нам нужно будет заниматься всё больше и больше. Кстати, у нас есть некоторые новости, здесь, в проекте «Tiflo.info». Вы помните, что «Тифлострим» – это часть проекта «Tiflo.info». Наш сайт: www.tiflo.info преображается. На нём появляется новый функционал. На нём появляются новые рубрики. Будет больше, так что готовьтесь, пожалуйста. Сайт находится в развитии. И вот буквально сегодня появилась рубрика, которая называется «Тексты и статьи». Вы просили расшифровки «Тифлостримов», расшифровки других наших материалов. Я сказал о том, что если будет команда хотя бы из четырёх человек, то мы эти расшифровки делать будем. Полина, угадай, сколько человек откликнулось на мой призыв?

П. ИВАНКЕВИЧ: Я думаю, на самом деле – много.

О. ШЕВКУН: Ну, не так много. Шесть человек пока откликнулись.

П. ИВАНКЕВИЧ: Ну знаете, это вообще-то много.

О. ШЕВКУН: И это команда. Замечательная команда. Я думаю, в следующий раз мы их представим. Там есть руководитель команды. Там есть главный редактор команды. Там всё очень серьёзно. Там международная команда. Там и Великобритания, там и Молдова, там и Россия.

П. ИВАНКЕВИЧ: А вот, кстати, об этом я даже не знала. Это классно!

О. ШЕВКУН: Да, там очень классная команда: Молдова, Россия, Великобритания, Украина. Вот такая международная команда.

П. ИВАНКЕВИЧ: Кстати, я хотела ещё сказать, что у нас всё-таки начала развиваться наша Instagram-страничка.

О. ШЕВКУН: Полина начала развивать нашу Instagram-страничку.

П. ИВАНКЕВИЧ: Ой, ну не сама я. Ладно. Мы все вместе. На самом деле, если кто-то из вас есть в Instagram, вы всегда можете нас найти, вбив в поиске: «tifloinfo», так что давайте, подписывайтесь, ставьте лайки. Всё, как всегда.

О. ШЕВКУН: Слушай, а мне интересно, Полина. Я в Instagram, конечно, разбираюсь мало, но всё же. Можешь сделать вот что: посмотреть, сколько подписчиков сейчас, в начале эфира, и, если хотя бы один человек подпишется на наш канал в Instagram за время эфира, просто назвать ники этих самых людей.

П. ИВАНКЕВИЧ: Хорошо, я обязательно посмотрю. У нас сейчас 23 человека. Между прочим, это немало.

О. ШЕВКУН: Ну хотя бы пусть будет 25 к концу эфира.

П. ИВАНКЕВИЧ: Я надеюсь.

О. ШЕВКУН: После того, как мы послушаем историю про «ДиБрайль», потому что история эта реально для всех нас поучительная, я представлю ещё один прибор. Это прибор, появившийся в мире достаточно давно. Ему уже года два. В России он появился буквально сейчас. Это один из увеличителей от компании «Humanware». Буквально пару минут мы на этот увеличитель посмотрим. Я думаю, что позже сделаем более подробное видео на эту тему. А затем посмотрим материал с выставки «Интеграция». Мы посмотрим стенд ВОС и подумаем о том, как расшевелить, особенно местные, организации ВОС, для того, чтобы во всей этой истории они учитывали интересы незрячих и слабовидящих и защищали их более активно. Ну и потом, если останется время, мы послушаем ещё некоторые записи, познакомимся ещё с некоторыми участниками выставки «Интеграция». В частности, услышим наших подписчиков, и в любом случае, как только что-то будет про «ДиБрайль» и про этот аукцион, который был в Москве, мы обязательно это выведем в эфир, обязательно об этом расскажем.

На самом деле всё было достаточно сурово, потому что стало известно, что проходит аукцион для слепоглухих людей в Москве на покупку двенадцати таких специализированных компьютеров. И стало известно, что этот аукцион выиграла компания «Круст» с устройством, которого никто не видел. Одним из экспертов, которые участвовали в этой, так называемой, госприёмке, от Фонда «Со-единение», был Сергей Флейтин. Он участвовал в этих событиях дважды. Мы поговорим с ним и послушаем сейчас эту беседу. После того, что произошло на прошлой неделе, начались движения. Самые разные люди буквально кричали, пищали, искали связи, искали контактов, для того чтобы про эту историю стало известно. Почему это важно? Это не только вопрос двенадцати слепоглухих в Москве, хотя и он тоже. Это вопрос того, как техника начинает поставляться, и такая техника будет поставляться и незрячим людям тоже. Поэтому что-то по этому поводу нужно было делать.

Ну, а подробнее мы поговорили сегодня с Сергеем Флейтиным. Мы бы хотели прочитать, услышать ваши комментарии вот о чём: что делать? Вот это принципиальный вопрос, который перед всеми нами сейчас стоит.

Беседуем с Сергеем Флейтиным.

 

(Начало первого видеосюжета)

О. ШЕВКУН: Сергей, ну давай разбираться в этой истории по порядку, что называется. Тебе до этого случалось быть экспертом и участвовать, конкретно, в госприёмке?

С. ФЛЕЙТИН: В госприёмке – нет. В качестве эксперта я обычно участвовал в разного рода конкурсах, конкурсных отборах изобретательских, консультировал различные проекты. В частности, очень плотно работаю, как раз, с Фондом «Со-единение» и на данную госприёмку тоже пришёл в качестве эксперта, как раз, от Фонда «Со-единение». Но именно работать непосредственно с государственными структурами мне до этого не приходилось. И, конечно, я переживаю сейчас состояние некоторого шока. Потому что одно дело про какие-то вещи читать, слышать со стороны, а другое дело – оказаться внутри этого самому, будучи к происходящему совершенно не подготовленным.

О. ШЕВКУН: Ну и второй аспект: тебе приходилось до этого иметь дело с прибором «ДиБрайль»? То есть, вот ты его увидел там уже, на этой приёмке, или ты до этого его хоть как-то смотрел, читал инструкцию, что-то ещё?

С. ФЛЕЙТИН: Прибор «ДиБрайль» я увидел впервые на первой приёмке, которая оказалась не приёмкой на самом деле, но мы чуть попозже об этом ещё поговорим. Увидел впервые именно там, но уже когда я услышал о том, какой производитель выиграл тендер, я примерно себе представлял, что это будет. Потому что я знал, что «Круст» поставляет на российский рынок брайлевские дисплеи Seika и я, соответственно, представлял, что это будет именно Seika Mini, потому что другого ничего нового просто не приходило. У меня было подозрение, что это будет программа экранного доступа NVDA работать на этом устройстве, что, собственно говоря, и случилось. Как только устройство включилось, и я услышал знакомую заставку, я примерно уже понял, что будет происходить дальше, и чего ждать, и что говорить…

О. ШЕВКУН: Ну, на самом деле твои оппоненты тебе сразу скажут: «Сергей, ты был предвзят». То есть, у тебя с самого начала было предвзятое отношение к компании, было предвзятое отношение к дисплею Seika Mini. Вот, что ответишь?

С. ФЛЕЙТИН: Ну, отвечу, во-первых, что у меня для такого отношения были основания, потому что компания на рынке уже не первый год. Не первый год выпускает продукцию. Я был знаком с их изделиями, начиная с самого первого их тифлофлешплеера, который они выпускали когда-то. И, к сожалению, ничто из сделанного компанией моего предвзятого к ним отношения изменить не могло ни при каком раскладе.

Но, кроме того, в данном случае, на данном поле, я выступаю не просто как предвзятый человек, а как человек, который потенциально будет пользоваться такой техникой. Потому что я тоже в числе потенциальных получателей таких устройств, и я хорошо знаю, что происходит на рынке программ экранного доступа, я хорошо знаю, как та или иная программа экранного доступа работает с брайлевскими дисплеями. Поэтому, не отрицая преимущества NVDA, это инструмент, которым сам регулярно пользуюсь в каких-то ситуациях. Я всё-таки понимаю, что эта программа на сегодняшний день для тех пользователей, которые в работе используют преимущественно брайль, не готова именно для русскоязычной аудитории по объективным причинам. То есть, там сильно испорчены таблицы для русского Брайля. И если бы компания «Круст», запуская это устройство, поправили бы эту библиотеку, сделали бы таким образом пользу для всего сообщества, не только для этого продукта. А поскольку «Либруис» – это библиотечка, которая там используется, открытая, они сделали бы хорошее дело для всех абсолютно, я бы им простил всё. Но проблема в том, что на самом деле не было сделано абсолютно ничего. Нас пригласили на первую приёмку, сказали: будет приниматься устройство, которое прошло по конкурсу, выиграло тендер, мы будем в приёмной комиссии, нам надо будет оценить его работу.

О. ШЕВКУН: Вам – это кому? Сколько экспертов было, кроме тебя?

С. ФЛЕЙТИН: От Фонда «Со-единение» нас было два эксперта, то есть это я и Павел. Были ещё представители и от Общества слепых, из «Логоса» был человек, Сергей Макаров, кажется, его звать. Ещё один человек присутствовал… Я сейчас объясню, почему говорю достаточно неуверенно. Дело в том, что я не только не вижу, но и очень плохо слышу. И, допустим, при первом знакомстве, при представлении бывает так, что человек представился, а я имя не расслышал. Переспрашивать бывает просто неудобно в каких-то ситуациях, особенно, если обстановка шумная.

О. ШЕВКУН: Ну, идём по шагам. В чём заключалась роль экспертов и как это происходило?

С. ФЛЕЙТИН: Я просто расскажу, как это всё происходило. Выступал представитель «Круста», молодой человек, и представитель ресурсного центра зачитывала пункты технического задания – соответствует/не соответствует. Представитель от производителя – фирмы «Круст» – соответственно, в меру своей компетенции отвечал по этим пунктам. В это же время у нас у всех были устройства, в том числе у меня, и мы пытались с этими устройствами работать и что-то с ними делать.

Я, зная проблему, с которой придётся столкнуться (проблема с вводом и выводом шрифта Брайля), то, что заявлено уже в преамбуле к техническому заданию, я, в первую очередь, обратил внимание именно на это. Другие коллеги много времени уделили работе микрофона, размерам, другим пунктам техзадания. Я сосредоточился на основной функции, то есть, на работе с информацией, потому что устройство предназначено слепоглухим. С помощью этого устройства нужно читать, с помощью этого устройства нужно писать, с помощью этого устройства нужно общаться и взаимодействовать с внешним миром. Соответственно, я обратил внимание на это, и я увидел, что ничего абсолютно, не сделано в приложении, в программе экранного доступа, ничего не сделано для того, чтобы можно было качественно читать по Брайлю. Особенно это заметно при открытии документов Word. Когда мы встречаем маркеры списка, это шестнадцатеричный код чуть ли не на полдисплея. Когда мы встречаем открывающие и закрывающие кавычки, это опять-таки шестнадцатеричный длиннющий код вместо них. Когда мы включаем длинный дефис, это шестнадцатеричный код опять же. Такого мусора в документах очень и очень много.

О. ШЕВКУН: Подожди, а в техзаданиях что написано?

С. ФЛЕЙТИН: Да там просто написано: «ввод и вывод шрифтом Брайля», и всё.

О. ШЕВКУН: То есть насколько хорошо он работает, оценить невозможно? Там не сказано: «По стандарту такому-то…»?

С. ФЛЕЙТИН: Нет, ничего. Просто «ввод и вывод шрифтом Брайля». Чуть больше внимания уделено синтезу речи, то есть, он должен быть высококачественным и так далее, и этот вопрос проработан. Но этот вопрос проработан, опять-таки, не «Крустом», а вопрос проработан разработчиками NVDA.

О. ШЕВКУН: Какой там синтезатор, кстати?

С. ФЛЕЙТИН: «Из коробки» сейчас используется, сейчас на Windows 10 NVDA подключает встроенный синтезатор «Ирина».

О. ШЕВКУН: Но он тоже не самый качественный.

С. ФЛЕЙТИН: Он не самый качественный, но он достойный. Особенно если его сравнивать с ESpeak, например, для русского слуха. Кроме того, разработчики «Круста» уже добавили туда RH Voice. То есть, выбор голосов там есть. Если не устраивает «Ирина», пользователь может посмотреть и выбрать что-то другое. Но поскольку, вопрос с Брайлем в техзадании детально не прописан, то, соответственно, посчитали так: нажимаем на точку, на клавише брайлевской, на дисплее что-то при этом появляется, значит – брайлевский ввод есть. Ходим по документу, на дисплее что-то появляется – брайлевский вывод есть. Ну, чего вы ещё хотите, господа?

О. ШЕВКУН: Ты преувеличиваешь?

С. ФЛЕЙТИН: Почему я преувеличиваю?

О. ШЕВКУН: Понимаешь, я себе представляю компьютер. Клавиатура нормальная, но вместо буквы «Ч» вводится буква «Я». Ввод-то есть, что-то появляется… Это аналог или нет?

С. ФЛЕЙТИН: Смотри, что мне ответили на второй же официальной приёмке, на которой устройство прошло, на которой устройство было принято. Мне, буквально, представитель компании «Круст» сказал…

О. ШЕВКУН: Зрячий человек, представитель «Круста»?

С. ФЛЕЙТИН: Да, зрячий человек. Он мне сказал: «То, что лично вам, Сергей, не нравится, как вводятся и показываются некоторые символы, – это не причина отказывать всем остальным пользователям в возможности работать с устройством. Каприз одного пользователя не может быть основанием для того, чтобы устройство не поступило остальным пользователям, которых всё будет устраивать»

О. ШЕВКУН: Ну, кстати, тут ещё тогда проблема стандарта всё-таки. Если бы мы могли сослаться на стандарт: «вот это должно отображаться так», «это закреплено таким-то гостом», было бы проще. Сейчас такой возможности нет. Я правильно это понимаю?

С. ФЛЕЙТИН: Ну, в общем, да. Но, с другой стороны, если бы, допустим, этому зрячему человеку пригнали бы автомобиль с техзаданием, в котором было бы указано наличие тормоза, но он бы при этом сел за руль и увидел, что тормоз не тормозит, а ему бы сказали: «Извините, это Ваш каприз. Тормоз есть, но то, что он не тормозит, это не наши проблемы. Потом наши специалисты к вам подъедут, всё поправят, всё сделают, тормозить будет. Вы сейчас нашу машину обязаны купить»…

О. ШЕВКУН: Когда вы поняли, что первая госприёмка не была госприёмкой?

С. ФЛЕЙТИН: Уже на второй госприёмке. Хотя подозрения у меня возникли уже тогда, потому что на первой госприёмке не было представителя от госзаказчика. Он сослался, не то в пробку он попал, не то ещё что-то, но, в общем, он не приехал. Он был на второй госприёмке и уже на второй госприёмке мы узнали, что это, оказывается, было расширенное заседание экспертов.

О. ШЕВКУН: То есть, вам соврали в первый раз?

С. ФЛЕЙТИН: Фактически соврали и, фактически, что сделали производители? На самом деле, что ещё меня во всей этой ситуации возмущает: на этапе разработки устройства ни с какими профильными экспертами вообще не связывались.

О. ШЕВКУН: Так мы узнали про это устройство только тогда, когда этот аукцион пошёл.

С. ФЛЕЙТИН: Да-да. И когда государство уже приняло это устройство, тогда его спешно представили экспертам на оценку. Не на стадии разработки, не на стадии каких-то согласований и, фактически, для Москвы закупили 12 устройств, «Круст» решил, что 12 слепоглухих москвичей будут для них бета-тестерами, без всяких шансов, что какие-то вещи в будущем будут исправлены.

О. ШЕВКУН: Как выглядела вторая госприёмка и чем устройство стало лучше?

С. ФЛЕЙТИН: Значит, по итогам первой госприёмки: устройством вообще нельзя было рулить с помощью брайлевского дисплея. То есть, нельзя было даже закрыть окно приложения, например. Нельзя было быстро перейти на рабочий стол. Нельзя было выполнять операции, устройство занято рядом служебных кнопок, которые добавил производитель. Для вызова большинства функций, которые я перечислил, нужно сначала нажать одну из клавиш и, не отпуская её, нажать кнопку питания. В результате что получается: если у вас проблемы с моторикой и вы чуть-чуть эту кнопочку питания передержали, то у вас наряду с закрытием окна устройство начнёт выключаться. Что и происходило у наших экспертов, потому что на вторую госприёмку мы пришли в расширенном составе, со мной было ещё два эксперта: Алия Нуруллина и Юлия Васильева, которые тоже тестировали устройство, и вот они столкнулись ровно с такой проблемой.

О. ШЕВКУН: Я слышал, там была ещё одна история, когда один блок устройства отвалился от другого.

С. ФЛЕЙТИН: Ну, это тоже вполне ожидаемо, потому что дисплеи Брайля внутри двух станций держатся на магнитах. И более того, даже на первой приёмке, в нижней части, там, где вот эти шайбы магнитные приклеивались, остались следы клея. Практически на всех устройствах они были очень заметны.

О. ШЕВКУН: Класс! Но на второй клея уже не было?

С. ФЛЕЙТИН: Ну, на второй клея не было, там вообще поработали с корпусом, потому что у них несоответствие техзаданию вышло по габаритам, им срочно пришлось отпиливать отовсюду ножки.

О. ШЕВКУН: Чтобы было понятно: к первой госприёмке приборы по документам уже были проданы в Москве?

С. ФЛЕЙТИН: Да.

О. ШЕВКУН: То есть они дорабатывали уже проданный прибор? То есть «мы вам машину продали, но мы сейчас придём с рубаночком, с напильничком и её вам подпилим». Вот что мне это напоминает. Скажи, пожалуйста, дальше на второй приёмке вы высказывались, вас спрашивали, довольны вы, недовольны?

С. ФЛЕЙТИН: Нет. Я продолжал гнуть свою линию, я говорил по поводу невозможности вводить и читать нормально информацию, пытался это демонстрировать. Кстати сказать, по поводу первой приёмки, я прошу прощения, там была интересная деталь, что даже офисный пакет, который был на первом варианте предустановлен, он был, в принципе, недоступен для программы экранного доступа.

О. ШЕВКУН: Какой пакет?

С. ФЛЕЙТИН: WPF Office – есть такой свободно распространяемый пакетик.

О. ШЕВКУН: Короче, какой-то зрячий человек нашёл бесплатный Office, влепил его туда и всё.

С. ФЛЕЙТИН: Во втором варианте уже поставили Open Office, который на 100% доступным не является, но, по крайней мере, уже как-то работать с ним можно. Введённый текст там читается, можно управляться с менюшками и так далее.

О. ШЕВКУН: Итак, как кончилась вторая госприёмка?

С. ФЛЕЙТИН: А вторая госприёмка закончилась принятием устройства и замечательной фразой представителя ресурсного центра, Мария её зовут. Она сказала так: «Коллеги, вы понимаете, устройство уже закуплено, и оно будет привезено, доставлено пользователям. Если их что-то не устроит, они все могут спокойно написать отказ и ждать следующего тендера, когда, может быть, будут закуплены устройства, которые их будут устраивать».

О. ШЕВКУН: Так в чём тогда ваша функция, экспертов, если устройство уже закуплено? Для чего вы были нужны?

С. ФЛЕЙТИН: Для меня на данный момент это вообще загадка. Я сам хотел бы это понять, потому что фактически наше мнение, наше заключение было проигнорировано. При том, что здесь явное несоответствие техзаданию. В частности, например, там написано, что устройство должно работать от одного заряда аккумулятора не менее 12 часов.

О. ШЕВКУН: На сайте написано, что 12 часов…

С. ФЛЕЙТИН: Вот, и в техзадании написано. Но проверить оставшийся заряд невозможно даже зрячему человеку, индикация заряда в принципе отсутствует. Когда я спрашивал ещё на первой госприёмке (и не только я, но и другие коллеги) как это сделать, представитель «Круста» говорит: «Посмотреть на лампочку. Перед тем, как устройство окончательно выключится, она загорится красным светом».

О. ШЕВКУН: Это для слепоглухих?

С. ФЛЕЙТИН: Это для слепоглухих, конечно. Смотреть на лампочку. Причём, увидеть эту лампочку, этот светодиод даже зрячему человеку проблемно, потому что он спрятан за панелью корпуса между разъёмами гарнитуры и виден не сам светодиод, а его отблеск в этих разъёмах.

О. ШЕВКУН: Последний вопрос. Сергей, тебе вот скажут: «Ты сотрудник компании-конкурента «Элита Групп». Как ты можешь доказать, что ты можешь сказать человеку, который тебе возразит и скажет, что ты просто представляешь корпоративные интересы своей компании?

С. ФЛЕЙТИН: Я скажу сразу несколько вещей. Во-первых, я работаю сразу в нескольких местах. Я ещё, помимо всего прочего, являюсь вице-председателем и соучредителем благотворительного фонда, который занимается помощью слепоглухим. Я уже много лет, практически со времени основания, являюсь экспертом Фонда «Со-единение». Я привлекался к работе целого ряда других проектов. И тот факт, что компания «Элита Групп», разрабатывая своё устройство, которое идёт на экспорт в том числе, и которым пользуются слепоглухие люди, уже на этапе разработки привлекла меня к работе над ним в качестве эксперта и тестировщика, это говорит о совсем другом уровне подхода компании «Элита Групп» к разработке таких технологий, таких продуктов. Поэтому мне не стыдно признаться, что я сотрудничаю с компанией «Элита Групп». Потому что они выпускают устройства, которые не стыдно взять в руки не только мне, но и людям уже во многих других странах, которые пользуются устройствами компании «Элита Групп». Не так много сейчас в России компаний, которые экспортируют высокие технологии. «Элита Групп» как раз в их числе.

О. ШЕВКУН: После того, что с тобой произошло, ты бы сейчас нашим слушателям/зрителям посоветовал подключаться к госприёмке в своих регионах или это такая ситуация, от которой нужно держаться подальше?

С. ФЛЕЙТИН: Понимаете, в чём дело. Сейчас очень неприятная ситуация в том, что сам механизм госприёмки крайне несовершенен: вся техника проверяется не на пригодность для конечного пользователя, а на соответствие техническим заданиям. И что мы тут можем сделать? У меня был на эту тему пост в социальной сети Facebook, когда всё это завершилось неделю назад. Я сказал: «Мы можем только кричать». Я даже про себя сказал, что в моём случае это будет даже, наверное, не крик, но писк. Но я мечтаю быть тем маленьким камушком, который сдвинет лавину, или той соломинкой, которая, в итоге, переломит хребет верблюду. Может быть, у меня это не получится, но это получится у других. Мы сейчас живём в очень интересное время, когда, всё-таки, в России формируется настоящее гражданское общество. Чиновники везде одинаковые. За границей они такие же, они тоже ищут, как сэкономить на бюджете и положить что-то в карман себе. Но всё-таки, в некоторых странах общество дошло до того, что чиновники вынуждены считаться с мнением целевой аудитории. Есть организации, которые это мнение отстаивают, есть отдельные люди, которые умеют это мнение доносить. Нам сегодня в России нужно сообщество людей, которые громко будут говорить и заявлять, что вот так – неправильно, этим пользоваться нельзя, это воровство у государства, а в конечном итоге – это воровство у нас с вами как у налогоплательщиков. Чем больше таких людей будет, даже если это не будет какая-то организованная структура, тем больше шансов на то, что всё-таки нас услышат и с нами начнут считаться.

(Окончание видеосюжета)

 

П. ИВАНКЕВИЧ: Привет всем, кто к нам присоединился! Максим пишет: «Ребята, ну это безобразие! Какая может быть речь слепоглухому человеку, если он ещё и не слышит вдобавок?»

О. ШЕВКУН: Ну, на самом деле может. Дело в том, что есть люди с ограничениями по зрению и слуху, которые всё-таки слышат, и для них важно, чтобы речь была чёткая, чтобы речь подавалась через наушники. Скажем, Сергей Флейтин, с которым мы беседовали, это как раз человек с ограничениями по зрению и слуху. Он тотально незрячий. У него очень ослаблен слух, но вот качественная речь для него важна.

И сразу воспользуюсь возможностью, чтобы сказать об этом Максиму и всем остальным слушателям. Через неделю у нас будет особый эфир. Мы будем говорить о том, что такое слепоглухой человек и что такое человек с ограничениями по зрению и слуху. Что это за люди, как с ними общаться. Надежда Василенко будет моей соведущей в этом эфире. Мы также позвоним и другим людям. Поэтому, если вам есть, что сказать или если вы знаете людей, которых, как вам кажется, интересно было бы в это пригласить, дайте нам, пожалуйста, знать.

П. ИВАНКЕВИЧ: Елена предложила нам пригласить в «Тифлострим» представителей «Круста» и зачитывать им комментарии об устройствах.

О. ШЕВКУН: Пытались. Пока не получилось. Будем пытаться дальше. Попытки были сделаны, и мы будем продолжать. Пока им интереснее приходить на государственную приёмку, чем в эфир, но посмотрим.

П. ИВАНКЕВИЧ: Алексей Соколов также прокомментировал: «Короче, получается, как всегда. Всё это делали «на коленках» и под каким-то кустом».

О. ШЕВКУН: Мне вот интересно, под каким кустом? Что касается «на коленках», послушайте, друзья мои, вот «Тифлострим» сделан «на коленке». Вот эта программа, которую мы делаем, она сделана реально «на коленке».

П. ИВАНКЕВИЧ: Смотря как: с желанием ли делать «на коленке», или так: «а, купят всё равно».

О. ШЕВКУН: Знаете, что меня во всей этой истории задело? Я ведь помню «ElBraille» («ЭльБрайль»). Я ворчал на «Элита Групп». И я дальше буду ворчать на «Элита Групп» за некоторые вещи. Но, в частности, я ворчал на них за то, что «Сколько вы можете говорить про то, что есть прибор, а его нет? Вы его доделываете. Вы его обкатываете. Вы его никак не выпускаете». Потом они его выпустили, и я перестал ворчать. А тут я вдруг понял, что зря ворчал. Вот другая история, когда прибор не обкатывают. Он просто появился, и идёт не к пользователю, а сразу в государственные структуры.

П. ИВАНКЕВИЧ: Вот это я понимаю!

О. ШЕВКУН: Знаете, что мне это напоминает: «За что там деньги дают? Вот за это? На что там можно грант получить? Вот на это? Так давайте мы начнём вот этим заниматься!»

П. ИВАНКЕВИЧ: Не важно, что мы в этом вопросе не компетентны. Зато мы сделаем продукт, а там уж, как получится.

О. ШЕВКУН: Вот, именно так, к сожалению. Что-то есть ещё из вопросов?

П. ИВАНКЕВИЧ: Да, Максим написал: «Надо было им заткнуть уши и завязать глаза, чтобы они сами попробовали и узнали, каково это».

О. ШЕВКУН: Не работает. Кстати, мы как-нибудь об этом поговорим. Я до сих пор не знаю, вот эти вот истории, когда зрячему человеку говорят: «Вот мы тебе завяжем глаза. Попробуй, как жить незрячим». Ну это, наверное, интересно в смысле образовательном, но послушайте, ведь у этого зрячего человека нет навыков ориентировки. Нет навыков жизни незрячего. Поэтому его картина будет гораздо более страшной, гораздо более неприглядной, чем реальная жизнь незрячего человека. Но я понимаю, про что вы, Максим. Я, может быть, сейчас занудствую и так подробно на это отвечаю.

П. ИВАНКЕВИЧ: Также Максим написал: «У них цена заоблачная. Также общедоступная техника, которой могут пользоваться инвалиды всех категорий, не настолько дорогая, как специализированная».

О. ШЕВКУН: А вот нет. Я вам скажу, почему, Максим. Тут я должен буду вам возразить. Представьте себе пожилого человека, который не слышит, который не видит. Да, он теоретически может взять компьютер. Может поставить на него JAWS или NVDA, подключить к нему дисплей. Он может убедиться, что всё это нормально работает. Но для того, чтобы это сделать, нужна определённая техническая компетентность. Но далеко не всегда и далеко не у всех такая компетентность есть. Поэтому в каких-то случаях действительно нужен прибор, который просто вот берёшь, и он работает. Так что здесь всё-таки обоснования для такого прибора, я думаю, существуют.

П. ИВАНКЕВИЧ: Евгений также написал: «Ребята, вы, видимо, дело говорите, потому что клали эти производители на нас всех, на нас пользователей. Им главное тендеры выиграть, получить деньги и сделать что-то, чтобы потом за эти деньги отчитаться».

О. ШЕВКУН: Здесь надо оговориться, что в Москве всё-таки был не тендер. В Москве всё-таки был аукцион. И действительно, условием была самая низкая цена. Была минимальная цена. Если бы это был тендер, ситуация была бы немножко другой. Теперь, что касается производителей. Значит, друзья, я, конечно, очень хочу, чтобы ВОС во всей этой истории активно участвовало. Я понимаю, что руководство ВОС в общем от этого всего отошло и высшему руководству ВОС до всего этого дела мало. Но в ВОС есть регионы. В ВОС есть и на среднем уровне также вполне толковые люди. Я понимаю, что кто-то назовёт меня сейчас мечтателем. Но разбудить эту махину, расшевелить эту махину можно. Согласитесь, поспорите, – пишите, пожалуйста, в комментариях. Я думаю, мы к этому ещё вернёмся.

Сейчас я покажу вам устройство. Мы тут говорили на прошлой неделе про ручные видеоувеличители, которые предлагают незрячим людям. Так вот, в России появилось устройство. Оно в мире появилось уже два года назад. Это устройство от канадской компании «Humanware». У этой компании есть линейка из трёх очень похожих друг на друга видеоувеличителей. Называются они: «Explore 3», «Explore 5» и «Explore 8». По диагонали экрана (трёх-, пяти- или восьмидюймовый экран). Вот я взял с собой сегодня сюда в студию «Explore 5». Пятидюймовую вот эту игрушку. Он вот в таком мешочке.

П. ИВАНКЕВИЧ: Он выглядит, как небольшой планшет.

О. ШЕВКУН: Он тоненький.

П. ИВАНКЕВИЧ: Он очень тонкий, на самом деле! Тут около 2,5 см, даже меньше.

О. ШЕВКУН: Да, это действительно пятидюймовый экран, и вот это один из современных увеличителей того класса, который у нас, собственно говоря, и предлагают. Но я хочу обратить ваше внимание на то, насколько он отличается от того, что предлагают у нас.

П. ИВАНКЕВИЧ: Да, давайте.

О. ШЕВКУН: Его можно использовать в двух видах. У него две камеры. Камера ближнего обзора и камера дальнего обзора. Есть кнопка включения, но можно эту кнопку включения и не нажимать, потому что сзади есть такая ручка, и эта ручка может открываться двумя способами. Её можно вот так поднять, тогда прибор ставится на текст, и мы получаем прибор ближнего увеличения для рассматривания книги. Если я хочу для дальнего увеличения, я его могу сложить, и тогда экран гаснет, и я раскладываю вот таким образом, и вот теперь я могу рассматривать вдаль. Допустим, мне надо прочитать расписание, информацию какую-то и т.д.

П. ИВАНКЕВИЧ: Кстати, я уже пожмакала его, и могу сказать, что самое большое увеличение там – это 22 раза. И это классно!

О. ШЕВКУН: Это вполне. Причём есть маленькое – два крата. Для людей, которым нужно небольшое увеличение. Есть системы меню, в которых есть настройки. Есть, соответственно, возможность подключения к компьютеру. Есть возможность сохранять картинки в компьютере. Есть цветозамена. Есть (очень важно!) переключение частоты обновления экрана. Есть внутренняя память. Мы можем подключиться к компьютеру для того, чтобы скидывать картинки. И действительно картинка на очень хорошем, очень приятном уровне. Всё это работает где-то порядка трёх с половиной часов от аккумулятора. Соответственно есть микро USB порт или USB?

П. ИВАНКЕВИЧ: Микро USB, наверное. Я ещё не смотрела.

О. ШЕВКУН: Вот такое милое, достаточно удобное устройство. Так вот, если вы приобретаете такое устройство, вы можете получить возмещение, если вам увеличитель прописан по ИПР или по ИПРА, но всё равно придётся заплатить. Но вот мой сын буквально на прошлой неделе смотрел это и другие устройства, и он говорит: «Пап, я хочу заботиться о своих глазах». Друзья, заботьтесь о своих глазах. Варианты есть разные, но, когда вам что-то предлагают, не исходите из того, что вам предлагают единственное, что существует, и даже не исходите из того, что вам предлагают лучшее. Вот один из вариантов – «Explore 5» от компании «Humanware». Он сейчас стоит около 40 тыс. рублей. Недешёвый, конечно, прибор. Ну порядка 15 тыс. вы сейчас можете получить в качестве возмещения. Но ведь речь идёт о зрении! Собственно, в качестве такой маленькой перебивки хотел это показать.

П. ИВАНКЕВИЧ: Елена, кстати, написала. Я так полагаю, как раз по поводу увеличителя: «Я всё больше склоняюсь к тому, что современные смартфоны скоро заменят если не все тифлосредства, то многие».

О. ШЕВКУН: Ну, оно во многом к этому идёт, конечно, Елена. Кстати, Полина, кто-нибудь подписался на страницу в Instagram?

П. ИВАНКЕВИЧ: Ой, ну я не смотрела, но могу глянуть. Смотрите-ка, у нас есть целых две подписки: Елена Огородникова и Кристина Тельпук.

О. ШЕВКУН: Кристина, Елена, привет! Друзья, подписывайтесь на Instagram-канал «tifloinfo». Полина его ведёт, следовательно фотографии там будут хорошие.

П. ИВАНКЕВИЧ: Ждём вас в подписчиках.

О. ШЕВКУН: А мы пока с вами посмотрим ещё один сюжет. Мы посмотрим выставку «Интеграция». Мы посмотрим стенд ВОС. Мы посмотрим конкретно три учреждения, которые есть в системе ВОС. Это будет: стенд школы подготовки собак-проводников, стенд Волоколамска – центра реабилитации слепых в Волоколамске и его филиалах и часть стенда КСРК ВОС, где Вера Вебер рассказывает о настольных играх.

У меня вопрос к вам. Может быть такой вопрос, на который сложно дать ответ, но давайте попробуем. Как расшевелить ВОС? Как сделать, чтобы эта структура перестала быть пассивной? Ваши идеи во время просмотра стенда ВОС.

 

(Начало второго видеосюжета)

О. ШЕВКУН: Мы у стенда школы подготовки собак-проводников и беседуем с заместителем генерального директора школы. Представьтесь, пожалуйста.

Андрей ИВАШКОВ: Здравствуйте! Я – заместитель генерального директора по социальным вопросам Российской школы подготовки собак-проводников Ивашков Андрей Александрович.

О. ШЕВКУН: Эту школу хорошо знают, но представьте, пожалуйста, тех сотрудников, которые здесь есть.

А. ИВАШКОВ: На стенде у нас сегодня работают воспитатели питомника Короткова Ксения Сергеевна и ее питомец Эштон. Это лабрадор-ретривер. А также воспитатель питомника Рузина Мария Павловна и ее питомец лабрадор-ретривер Эдгар.

О. ШЕВКУН: Какие качества должны быть у щенка для того, чтобы была вероятность, что при воспитании из него выйдет хорошая собака-проводник?

А. ИВАШКОВ: У нас школа – это целый комплекс зданий и сооружений. У нас есть собственный питомник, собственный племенной фонд. Собачки у нас появляются на свет от уже подготовленных, сдавших все экзамены собак-проводников. После того, как собачка родилась, ею воспитатель питомника занимается, социализирует ее, приучает к шумовому фону. У нас прогуливаются по городу, посещают железнодорожную платформу Купавна, чтобы собачка привыкала к электричкам, к шуму к этому. До того, как собака-проводник будет передана на участок инструкторов для подготовки именно по программе «Собака-проводник», щенок проходит ряд тестирований, на основании которых выявляется его дальнейшая судьба как собаки-проводника.

О. ШЕВКУН: Сегодня жизнь меняется, города становятся другими. Не становится труднее собакам-проводникам?

А. ИВАШКОВ: Когда инвалиды по зрению приезжают к нам для получения собаки-проводника (а приезжают они к нам на срок до 14 дней), за каждым инвалидом по зрению закрепляется индивидуальный инструктор-методист, который обучает инвалида обращению непосредственно с собакой-проводником. Он передает все необходимые знания для того, чтобы инвалид по зрению, получив собаку-проводника, мог с ней работать у себя по месту проживания: нарабатывать маршруты и все необходимое. При условии должного, добросовестного отношения к обучению, проблем никаких не возникает.

 

О. ШЕВКУН: Мы на выставке «Интеграция-19» у стенда ЦРС Волоколамск, Волоколамский центр реабилитации слепых. Татьяна Васильевна Плаксина с нами сегодня. Замдиректора, правильно?

Татьяна ПЛАКСИНА: Заместитель генерального директора по профессиональному обучению. На данной выставке мы представляем лучшие работы наших слушателей по двенадцати различным профессиям. Это Волоколамский центр реабилитации слепых с двумя филиалами: Бийский филиал и Железногорский. Работы разнообразные. Вот очень красивая работа из бисероплетения. Это и композиции из цветов, и тематические. В этот раз мы привезли работы наших инвалидов по зрению, преподавателей. Обычно мы привозили работы только наших слушателей, а сейчас вот привезли работы преподавателей.

Татьяна Анатольевна Слепцова выполнила красивую салфетку в виде символов восточного календаря. В центре солнце. Салфетка выполнена в технике бусин. И символы восточного календаря по годам: год Змеи, Тигра, Дракона и так далее. Очень красивая работа.

Это работа преподавателя Татьяны Владимировны Усачевой. Она у нас преподаватель ориентировки. Прекрасная работа. Композиция на тему сказки «Колобок». Домик, дорожка, в конце дорожки из бисера Лисичка. На носу у Лисички колобок. Сосны выполнены красиво. Зайчик на пеньке. Все персонажи этой сказки: Волк, Медведь и так далее. Кустики красивые малины и ежевики.

Работы вот там, на стенде сзади. У нас места не так много, хотя работ огромное количество привезли.

О. ШЕВКУН: Ну да. У вас заполнено пространство так нормально.

Т. ПЛАКСИНА: У нас всегда очень красивый стенд. Все всегда около нас фотографируются. Вот там на стенде работы макраме. В основном, сумочки различного цвета, качества и назначения. Резьба по дереву: различные шкатулки, ковши, кружки. Лозоплетение: корзиночки, хлебницы, вазы, панно. Здесь представлены работы из бумаги. Красивые цветы в вазах здесь на столе и вот здесь на подставке.

О. ШЕВКУН: Мы беседуем с Верой Вебер. Вера, добрый день!

Вера ВЕБЕР: Здравствуйте! Я старший методист организационно-методического отдела культурно-спортивного реабилитационного комплекса ВОС (КСРК ВОС).

О. ШЕВКУН: Расскажите, пожалуйста, немножко о том, что на этом столике, потому что здесь игры, их не так много, но я думаю, что не все и не все видели.

В. ВЕБЕР: У нас в коллекции сейчас около пятнадцати игр. К сожалению, на столик помещается далеко не все. Мы в торговой сети находим игры, которые, на наш взгляд, годятся для адаптации или не требуют такой адаптации. Игры, в которые могут играть незрячие или слабовидящие.

О. ШЕВКУН: Что-то из последнего, из того, что мало кто знает есть?

В. ВЕБЕР: Игра «Гекс» («Hex»).

О. ШЕВКУН: Это что?

В. ВЕБЕР: «Гекс» – это такие разновысокие шашки. Задача этой игры – одной из этих шашек дотянуться до вот этой финальной.

О. Шевкун: Это как?

В. ВЕБЕР: Шашка одноэтажная может двигаться только на одну клетку, двухэтажные – на две и трехэтажные – на три. Когда на пути этой фишки встречается соперник, от нее можно оттолкнуться и пройти дальше. Вот так двигаются эти фишки. На наш взгляд, эта игра не требует адаптации.

О. ШЕВКУН: А что-то из того, что вы адаптировали? И расскажите, что вы адаптировали и какая адаптация была нужна?

В. ВЕБЕР: Адаптация бывает либо маркировка брайлевская. Как у всех: карты, это игра «Уно» («Uno»), которую наша типография сделала сама. Вот эту игру с брайлевской маркировкой, которая обозначает цвет и число, которое обозначено на этой самой карте.

О. ШЕВКУН: Здорово! Если кто-то в регионе хочет приобрести такие игры, допустим, для организаций, для группы или для себя, каким образом это делается? Это нужно к вам обращаться? Это надо искать их в торговой сети?

В. ВЕБЕР: В торговой сети. И мы ищем пути адаптации и предлагаем этот путь всем остальным. Вот такая наша стезя.

О. ШЕВКУН: Что-то в плане соревнований, конкурсов? Что-то есть или что-то планируется?

В. ВЕБЕР: У нас уже достаточно игр. И у нас ежегодно проходит Всероссийский фестиваль «Игровая кладовая». У нас таких фестивалей было уже четыре. Последний у нас был в Смоленске. Мы уже сделали такую брошюру, в которой собраны правила этих самых игр, наши наработки, которые мы предлагаем вам.

О. ШЕВКУН: И где это можно взять людям? Это купить можно или это приехать в КСРК надо? Как это работает?

В. ВЕБЕР: Этот журнал я могу выслать по электронной почте любому желающему.

(Конец второго видеосюжета)

 

О. ШЕВКУН: У нас на связи Дмитрий Поликанов, президент Фонда поддержки слепоглухих «Со-единение». Мы обещали, как только Дмитрий позвонит, сразу все бросить и вывести его в эфир. Дмитрий, здравствуйте!

Дмитрий ПОЛИКАНОВ: Здравствуйте!

О. ШЕВКУН: Что слышно? Сегодня была встреча. Где эта встреча проходила?

Д. ПОЛИКАНОВ: Сегодня была встреча в Департаменте соцзащиты Москвы при заместителе руководителя департамента. Алексей Володин ее устраивал. И очень приятно, что Департамент откликнулся на нашу обеспокоенность. И они готовы вновь провести экспертизу по поводу соответствия этих приборов техническому заданию и дальше уже поработать над тем, чтобы сформулировать техническое задание таким образом, чтобы оно отвечало потребностям слепоглухих людей.

О. ШЕВКУН: Я правильно понимаю, что встреча эта происходила вот буквально сейчас?

Д. ПОЛИКАНОВ: Да, вот она буквально в пять часов началась. Это было двадцать минут назад.

О. ШЕВКУН: Как могло получиться, что техзадание сформулировано таким образом, что под него пройдет нефункциональный прибор? Нам тут приводили пример, что техзадание, чтобы у машины были тормоза, но нет техзадания, чтобы машина тормозила.

Д. ПОЛИКАНОВ: Да, там есть такая история, связанная с тем, что, как только вы прописываете очень много ограничений или очень строгие требования, моментально подключается антимонопольная служба, которая говорит: «А, да-да! Что это такое? Вы это делаете в интересах одного производителя». Поэтому каждый раз для государственных структур целая головная боль, как составить техническое задание таким образом, чтобы оно, с одной стороны, отвечало требованиям конкуренции, с другой стороны – было полезным для людей, которые будут конечными пользователями всей этой продукции. Сейчас техническое задание составлено было общими фразами, и наша задача: попробовать сделать так, чтобы формулировки поменялись и были направлены на функциональные характеристики, а не просто на выполнение формальных требований. Наличие какого-нибудь там порта на устройстве или наличие самой по себе клавиатуры Брайля, если там проблемы с русификацией таблиц, они сами по себе ничего человеку не дают. Надо, чтоб в техническом задании все-таки были отражены функциональные требования.

О. ШЕВКУН: Что сейчас будет дальше, следующие шаги? Вот что дальше происходит?

Д. ПОЛИКАНОВ: Следующий шаг. Насколько я понимаю, принято решение о том, чтобы приостановить оплаты «Крусту», – слепоглухие, которые должны были получить этот дисплей, мы с ними тоже побеседовали, объяснили им плюсы и минусы. Я так понимаю, что основная масса их приняли решение отказаться на данный момент от получения вот этого конкретного ТСР. Следующим шагом мы тогда с коллегами, я думаю, подключим наших экспертов, проведем вот эту самую повторную экспертизу. И плюс ко всему, попробуем сформулировать новые критерии для технического задания так, чтобы людям было удобно потом пользоваться этими приборами.

О. ШЕВКУН: Дмитрий, последний вопрос. Я понимаю, что, наверное, не совсем к вам, но все же вы через это уже проходили. Незрячие люди встречаются с подобными проблемами. Например, сейчас в вопросе о ручных видеоувеличителях, где тоже есть подобная история. Вы, понятно, что пока не победили, но сделали очень важный шаг. Что может делать сообщество незрячих людей, чтобы поставить барьеры на пути недоброкачественных ТСР?

Д. ПОЛИКАНОВ: Есть два пути: первый – типовые технические задания. Я знаю, что по целому ряду ТСР такие типовые технические задания сформулированы. причем, не одним каким-то производителем, а именно группой производителей. Есть ассоциация реабилитационной индустрии «Аура-Тех», которая такими вещами занимается. Они собирают на одной площадке разных людей, производящих слуховые аппараты и говорят: «Ребята, сядьте и договоритесь о том, как должно выглядеть типовое техническое задание, чтобы аппарат был полезным для человека и отвечал всем его требованиям».

И второй момент – система электронного сертификата. Мне кажется, на это надо давить. Минтруд, я так понимаю, планирует все-таки на следующий год эту систему ввести. Это даст человеку выбор. Это даст человеку возможность самому пойти с этим электронным сертификатом и обратиться в ту компанию, которой он доверяет, и получить тот прибор, который ему действительно нужен.

О. ШЕВКУН: Дмитрий Поликанов, президент Фонда поддержки слепоглухих «Со-единение». Дмитрий, очень хорошие новости! Спасибо вам огромное!

 

П. ИВАНКЕВИЧ: Евгений спросил: «Олег, ты-то сам веришь в то, что ты говоришь по поводу ВОС?»

О. ШЕВКУН: Я верю, что в ВОС есть и нормальные люди тоже. Я понимаю прогнилость руководства, я понимаю, что там реально нужны большие перемены. Но я все-таки считаю, что на региональном уровне, на местном уровне есть здравые силы. Я только не знаю, как эти силы задействовать. Евгений, скажете, будет классно!

П. ИВАНКЕВИЧ: Елена говорит: «Мне кажется, ВОС не расшевелится, пока основная масса будет лишь ждать, что им что-то дадут». Она также добавила: «Пока будет лично общество позиция: я слепой, и мне все должны».

О. ШЕВКУН: Ну, смотрите! Вот сейчас, на наших глазах произошла маленькая, но все же победа. На наших глазах гражданское общество незрячих, слабовидящих, слепоглухих людей, ну хоть на этом конкретном примере доказало, что мы вместе (и естественно, вместе со зрячими людьми также, можем встать и что-то сделать. Вот это происходит сейчас.

Я, как редактор канала «Tiflo.info», программы «Тифлострим», могу сказать, что мы готовы быть рупором этого общества. Мы готовы озвучивать историю. И дальше мы этим будем продолжать заниматься. Простая это задача? Нет. Все сразу будет? Нет. Сразу ничего не будет. Но заниматься этим надо, и я также приглашаю другие средства массовой информации: журнал «Диалог», радио ВОС и радио РАНСИС, журнал «Наша жизнь» и другие подключаться к этому. Может быть, есть смысл устроить встречу главных редакторов. А может быть, нет смысла устраивать такую встречу. Давайте посмотрим! Но мы не можем просто сидеть и смотреть, и наблюдать, как кто-то пытается за счет нас что-то для себя поиметь.

П. ИВАНКЕВИЧ: Нам также написала Елена: «Много раз предлагала помощь ВОС, но она оказалась не нужна. Нашла применение в одном из фондов, за что очень благодарна его руководителю и команде сотрудников».

О. ШЕВКУН: Елена, вы правильно сделали. Я иногда вижу и слышу людей, которые говорят: «Да мне надоело с этим заниматься, и прочая. Все это отжило». Ну что, взять и на помойку, что ли, выбросить ВОС? Елена, вы к этому готовы? Слушатели, зрители «Тифлострима», вы к этому готовы? Я – не очень. И мне кажется, что движение должно начинаться снизу. Сегодня как раз очень-очень хороший повод об этом сказать.

П. ИВАНКЕВИЧ: У нас тут еще развернулась дискуссия, кого надо привлекать. И все сошлись на том, что надо привлекать молодежь, чтобы все сдвинулось с мертвой точки. И я, наверное, все-таки с этим соглашусь.

О. ШЕВКУН: Знаете что меня радует? Я вот смотрел на нашу группу «ВКонтакте»: vk.com/tifloinfo. Это группа, которая существует вокруг проекта «Tiflo.info», группа, которая существует вокруг наших «Тифлостримов». И я поразился. Сколько там молодежи! От 14, 16, 18 лет и старше, 20, 25, 28 лет. Люди собираются, и это здорово! Давайте это делать! И если в вашем регионе что-то происходит, если в вашем регионе происходит, извините, трэш вокруг техники, вокруг обеспечения и так далее, давайте об этом говорить! И вместе мы будем что-то по этому поводу делать.

Через неделю будем говорить о том, что такое ограничения по зрению и слуху. Если у вас есть опыт, если у вас есть что рассказать, если у вас есть идеи о том, кого можно пригласить, давайте также это сделаем. Давайте поговорим об этом.

Я думаю, что оставшиеся материалы с выставки мы послушаем, может быть, уже через пару недель. У нас очень много долгов. Но «Тифлострим» выходит только пока раз в неделю.

«Тифлострим» завершается на сегодня на хорошей ноте, друзья! Полина Иванкевич…

П. ИВАНКЕВИЧ: …Олег Шевкун. Всем удачи, всем хорошего вечера! До свидания!

О. ШЕВКУН: Пока!

Тифлострим. Выпуск 25. «ДиБрайль», «Explore 5» и стенд ВОС на выставке «Интеграция’19»: 1 комментарий

Обсуждение закрыто.